Изложенное в курсе лекции понимание Н. С. Таганцевым предмета науки уголовного права кратко освещено выше. Однако Н. С. Таганцев не был, так сказать, «чистым классиком». Как справедливо писал профессор Б. С. Утевский: «Таганцев пришел к своим воззрениям самостоятельным путем. Он не воспроизводил чьих-либо теорий. При своей огромной эрудиции и начитанности в иностранной литературе он не подпадал под влияние ни одного из иностранных авторитетов. По ряду основных вопросов теории уголовного права его взгляды расходились со взглядами «классиков» и шли значительно дальше вперед».[902] Так, он подчеркивает, что преступление – это не просто «посягательство на норму как веления правопроизводящей авторитетной воли, создающей для одной стороны право требовать подчинения этим велениям, а для другой – обязанность такого подчинения», а «посягательство на норму права в ее реальном бытии», то есть «посягательство на правоохраненный интерес жизни, на правовое благо».[903] «…Преступное деяние не есть абстрактная формула, а жизненное понятие, деяние, вредное или опасное для лица и общества, а потому и воспрещенное законом; карательная деятельность государства не есть логическое последствие, самодовлеющее проявление карающей Немезиды, а целесообразная деятельность, направленная к осуществлению общей государственной задачи – содействовать всемерно личному и общественному развитию, а потому необходимым подспорьем для оценки жизнеприменимости существующих норм уголовного права и мер государственной борьбы с преступлениями, для определения направления дальнейших реформ должно быть исследование той роли, которую играют преступление и наказание в социальной жизни; условий, содействующих или препятствующих развитию преступности; тех технических особенностей, которые проявляют класс преступников и с которыми имеет дело государственное правосудие».[904] Автор отмечает, как само собой разумеющееся, что «юридическое изучение преступного деяния не может ограничиваться изучением только самого деяния, забывая личность, его учинившую; свойство и качества преступника определяют условия вменения, влияют на установление размера наказания, например при повторении, несовершеннолетии и т. д.». «В то же время, – полагал Н. С. Таганцев, – нетрудно видеть, что эта личность входит в область уголовно-правовых исследований только потому, что она проявляется в преступном деянии, и лишь постольку, поскольку она проявляется в этом деянии. Поэтому предметом уголовного права и центром изучения является преступное деяние, а не «преступность», деятельность личности, а не сама личность».[905]
Интересна структура Курса. Изложению учения о преступлении, содержащемся в первом томе, предшествует введение, где автор излагает свое понимание предмета уголовного права как юридической науки и методов его изучения и дает краткий обзор зарубежной и отечественной литературы по уголовному праву. В первой главе «Понятие и объем преступного деяния» по существу содержится анализ понятия преступления – уголовно-наказуемого посягательства на норму в ее реальном бытии, показывается отличие уголовно-наказуемой неправды от других видов неправд. Вторая глава посвящена уголовному закону. Наряду с традиционными вопросами об источниках права, понятии уголовного закона, его толковании, границах действия во времени и пространстве и т. д., Н. С. Таганцев дает в этой главе характеристику общих источников действующего уголовного права России и включает в нее изложение проблем взаимопомощи государств в области уголовного права, в том числе выдачи преступников.
Третью главу «Виновное посягательство на норму» автор начинает с изложения вопроса о виновнике преступного деяния, излагаются индетерминистическая и детерминистическая концепции вменяемости. Далее рассматривается объект преступного деяния, под которым понималась «заповедь или норма права, нашедшая свое выражение во входящем в сферу субъективных прав, охраненном этой нормой интересе жизни».[906] Здесь же Н. С. Таганцев пишет об условиях, «устраняющих уголовную охрану интереса», иначе говоря, «уничтожающих преступность деяния» и относит к ним: исполнение закона, исполнение приказа, дозволение власти, осуществление дисциплинарной власти, осуществление профессиональных обязанностей, осуществление частного права, необходимую оборону и крайнюю необходимость.
