Избранные труды полностью

Давая философское определение ответственности, В. П. Тугаринов утверждает, что это – «способность человека предвидеть результаты своей деятельности и определять ее, исходя из того, какую пользу или вред она может принести обществу».[1045] Однако такая способность человека – это, очевидно, не ответственность, а лишь предпосылка, условие, дающее возможность обосновать ответственность. Далее, В. П. Тугаринов полагает, «что ответственность выражается в том, что личность признает свои обязанности перед обществом, налагает их на себя».[1046] Но и такое понимание ответственности не подходит ни для общественной, ни тем более для правовой ответственности. Из этого определения следовал бы вывод, что если лицо не признает своих обязанностей перед обществом, т. е. именно то, что имеет место в большинстве случаев нравственных и правовых нарушений, оно не является ответственным. То, о чем пишет В.П. Тугаринов, это ответственность перед своей совестью, сознание ответственности, но не общественная и не правовая ответственность.

Точно так же нельзя согласиться и с положением Г. Смирнова, что «быть ответственным – значит предвидеть последствия своих действий, руководствоваться в своих действиях интересами народа, прогрессивного развития общества».[1047] Из этого определения следовало бы, что лица, не руководствующиеся в своих действиях интересами народа или не предвидевшие последствий своих действий, не несут ответственности. Между тем закон прямо устанавливает ответственность лиц, которые «не предвидели возможности наступления последствий, хотя должны были и могли их предвидеть» (ст. 9 УК РСФСР).

Представляется, что философское определение ответственности должно охватить все ее формы, в том числе моральную и юридическую. Философским основанием ответственности является детерминированность человеческого поведения, которая создает возможность воздействия на сознательные поступки людей в желательном для общества направлении. Общественно опасные, виновные, т. е. проходящие до своего совершения через волю и разум субъекта, поступки могут быть предотвращены в результате отрицательной оценки подобных деяний обществом и государством и путем воздействия принудительных мер как воспитательных, так и устрашающих – институт ответственности выполняет именно эту функцию.[1048]  Юридическая ответственность – это правовая обязанность правонарушителя претерпеть меры государственного принуждения, порицающие его за виновно совершенное противоправное деяние и заключающиеся в лишениях личного или имущественного характера.

В нашей литературе выдвигались и другие определения этого понятия. Так, И. С. Самощенко первоначально рассматривал юридическую ответственность как «реализацию правовых санкций»[1049]. В более поздней работе он пришел к выводу, что «ответственность состоит в претерпевании лицом неблагоприятных для него последствий его проступка».[1050] Автор этой статьи также ранее определял ответственность как меру государственного принуждения, порицающую правонарушителя за совершение противоправного деяния и его поведение и заключающуюся в лишениях личного или имущественного характера.[1051] Однако дальнейшая разработка этого вопроса в науке привела к выводу, что проведение равенства между юридической ответственностью и реализацией правовых санкций, т. е. самими мерами государственного принуждения, не соответствует действительному положению вещей.[1052]

Новую для юридической науки, хотя и неприемлемую с нашей точки зрения, концепцию ответственности выдвинул В. Г. Смирнов, рассматривающий ответственность в широком смысле этого понятия «как осознание своего долга перед обществом и государством, осознание характера и вида связей, в которых живет и действует человек».[1053] Такое перенесение понятия ответственности в область должного, при этом толкуемого не как объективная юридическая реальность, а как «определенный психический процесс», лишает это понятие правового содержания и ведет к тому, что при отсутствии такого «осознания» нет ответственности, т. е. ответственность утрачивает всякое классовое и даже вообще социальное содержание (если отвлечься от социальной детерминированности самого сознания).

Идея детерминизма лежит в основе не только целесообразности ответственности, но и нравственного и правового осуждения вредных для общества поступков и порицания лиц, их совершающих. В. И. Ленин указывал на то, что «идея детерминизма, устанавливая необходимость человеческих поступков, отвергая вздорную побасенку о свободе воли, нимало не уничтожает ни разума, ни совести человека, ни оценки его действий. Совсем напротив, только при детерминистическом взгляде и возможна строгая и правильная оценка, а не сваливание чего угодно на свободную волю».[1054]