В отличие от колхоза или жилищно-строительного кооператива госоргану не принадлежит право собственности на вверенное ему имущество, а рабочие и служащие госоргана не находятся с ним в отношениях членства. Значит ли это, что госорган как юридическое лицо вообще не может рассматриваться в качестве коллективного общественного образования? Если бы такое предположение было правильным, следовало бы прийти к выводу, что правоотношения между госорганами лишены характера общественных отношений и представляют не что иное, как отношения между различными видами имущества или вещами. Но это противоречило бы природе правовых отношений как отношений общественных. Ввиду этого надлежит отбросить как заведомо ошибочное предположение о том, будто за правовыми отношениями госорганов вообще не скрываются какие бы то ни было общественные отношения людей, и попытаться выявить тот людской коллектив, который действительно выступает в качестве носителя юридической личности госоргана.
Госорган не является собственником переданного ему имущества. Имущество госоргана принадлежит на праве собственности Советскому социалистическому государству или, иначе говоря, организованному в государство единому всенародному коллективу. Воля этого коллектива обязательна для госоргана, который не только получает имущество от государства, но и использует его в соответствии с установленными государством заданиями, а самая деятельность госоргана протекает под руководством назначаемого государством ответственного руководителя (директора, начальника, управляющего и т. п.) как проводника единой общегосударственной воли. Из этого следует, что за каждым государственным юридическим лицом стоит Советское государство в целом, весь советский народ, всенародный коллектив, организованный в социалистическое государство.
Исчерпывается ли, однако, коллективная юридическая личность госоргана единым всенародным коллективом?
Если имущество госоргана принадлежит на праве собственности всему советскому народу в лице государства, то оперативное управление этим имуществом осуществляет не весь народ, а каждый данный госорган непосредственно. Выделение в оперативное управление госоргана определенной части государственного имущества призвано обеспечить необходимые материальные предпосылки осуществления его производственной, торговой, социально-культурной или иной деятельности. Но деятельность госоргана, в процессе которой и осуществляется оперативное управление определенным комплексом государственного имущества, выражается в деятельности коллектива его работников. Такой коллектив, возглавляемый назначенным государством ответственным руководителем, выступает как единое целое. При этом его единство цементируется не правом членства, что было бы необходимо, если бы госорган был носителем права собственности, а совместным выполнением поставленных перед госорганом задач, чего вполне достаточно для осуществления предоставленного госоргану права оперативного управления вверенным ему имуществом. Из этого следует, что за каждым государственным юридическим лицом стоит не только всенародный коллектив, но и коллектив его работников, возглавляемый назначенным государством ответственным руководителем.
Юридическое лицо как коллективное общественно образование должно обладать единством воли. Свойственно ли такое единство коллективу работников госоргана?
Коллектив рабочих и служащих госоргана не основывается на началах членства, и потому его решения, принимаемые, например, производственными совещаниями на предприятиях, не становятся юридически обязательными для руководителя госоргана в отличие, например, от решения общего собрания колхозников, обязательного для правления колхоза и его председателя. Но ведь специфика коллектива работников госоргана в том и состоит, что его объединяет не членство, а совместная деятельность по выполнению задач, поставленных перед госорганом. В этой деятельности и надлежит искать единство воли, характерное для данного коллектива. Когда директор государственного предприятия заключает от имени этого предприятия плановый хозяйственный договор, он выражает при этом не только свою личную волю. Заключение планового хозяйственного договора предопределяется государственным плановым заданием, а значит, в действии директора по его заключению находит свое выражение воля Советского государства. С другой стороны, договор заключается для того, чтобы он был исполнен, а это зависит не только от единоличной воли директора, но и от деятельности коллектива работников предприятия в целом. Следовательно, действие директора по заключению договора находит свое обоснование в деятельности коллектива рабочих и служащих по его исполнению, и в этом смысле в действиях директора выражается единая воля коллектива работников госоргана.
