Признание хозяйственного права отраслью права, перекрещивающейся с другими его отраслями, потребовало бы отказа от воззрения на систему права как объективно присущую ему структуру, а это лишило бы юридическую науку ряда ее фундаментальных оснований и открыло бы простор субъективистскому подходу к изучению многих правовых явлений. Почему в однотипных государствах действует единая система права, несмотря на несовпадающие системы законодательства? Где кончается отрасль права и начинаются другие, менее объемные образования? Чем система права отличается от системы, законодательства? Приведенные и иные такого же рода вопросы невозможно разрешить, покинув объективную почву в анализе системы права. Практическое последствие той же позиции состояло бы в исчезновении граней между отраслевой и комплексной кодификацией, невозможности сообразовывать простые и комплексные нормативные акты с соответствующими кодифицированными актами и вытекающей из этого неизбежности дублирования законодательства в одних случаях и его пробелов в других.
Напротив, признание хозяйственного законодательства комплексной отраслью советского законодательства не только не таит в себе никаких опасностей теоретического или практического порядка, а, наоборот, полезно как для науки, так и для практики. С этой точки зрения вполне объяснимо его перекрещивание с различными отраслями права, выделяемыми по совершенно иному классификационному основанию, нежели отрасли законодательства. Исключается также смешение системы права с системой законодательства, чем обеспечивается научное обоснование возможного несовпадения отдельных законодательных систем как опирающихся на целесообразное усмотрение законодателя с выражаемой ими единой системой права как его объективной структурой. В том же направлении могут быть успешно решены и другие как теоретические вопросы (о границах отрасли права и ее подразделений, отрасли законодательства и ее составных частей и т. п.), так и вопросы большой практической значимости (пути проведения отраслевой и комплексной кодификации, сведения нормативных актов в единые своды при определенной субординации между составными частями действующего законодательства, их взаимной согласованности, неповторяемости).
Но если хозяйственное законодательство – не отрасль права, а одна из комплексных отраслей советского законодательства, то соответственно этому должна проводиться и его систематизация.
Действующее в СССР хозяйственное законодательство представлено множеством самых разнообразных нормативных актов – кодифицированных и некодифицированных, исходящих от законодательных и иных нормотворческих органов.
Это законодательство кодифицировано в основном в своих составных частях. Кодифицированы акты, определяющие правовое положение ряда хозяйственных органов (хозяйственных министерств, государственных производственных предприятий), регулирующие отдельные виды хозяйственной деятельности (например, транспортную) или конкретные хозяйственные отношения (например, по поставкам, капитальному строительству). Но кодификационные возможности систематизации хозяйственного законодательства еще не исчерпаны. По отдельным его разделам (например, по планированию) вообще нет единых кодифицированных актов, а по некоторым другим – раздробленность нормативных актов сохраняется в самой их кодификации (например, два Положения о поставках). Имеются также необходимые предпосылки для проведения более укрупненной кодификации некоторых составных частей хозяйственного законодательства по сравнению с уже осуществленной их кодификацией. Возможно, в частности, издание единого акта о хозяйственных договорах, единого транспортного кодекса с выделением в нем только в необходимых случаях специфических правил, относящихся к отдельным видам транспорта, и т. п.
Но как бы ни углублялась работа по кодификации хозяйственного законодательства, кодифицированные акты не в состоянии охватить его полностью. Специфика социалистического хозяйствования такова, что она предполагает значительную маневренность регулирующего эту деятельность законодательства. Отсюда необходимость текущего законотворчества (в форме отдельных правительственных постановлений и издания других некодифицированных подзаконных актов).
