Он оказался очень похож на Аин, даже слишком, разве что значительно выше. Такие же белые волосы, смуглая кожа, алые глаза и неизменные татуировка под левым глазом и кафф, правда скромнее. Обычная металлическая пластинка на таком же заострённом ухе. Видимо, они с Аин, как минимум брат и сестра, как максимум — вообще близнецы.
А ещё эльфы. Правда на ребят из Средиземья не очень похожи. Скорее уж выглядят, как родня Фенриса из второго «Dragon age».
— Позволь представиться, Ансельм Сторградский, — на его лице появилась сдержанная вежливая улыбка.
Я хотел было что-то ответить, но меня прервало странное ощущение, разлившееся по всему телу, парализуя движения. С трудом наклонив голову, я увидел, что становлюсь полупрозрачным, через ноги уже просвечивала зелёная трава. Вот это на какой-нибудь гипноз или внушение списать было сложно. Ведь невозможно же заставить человека думать и ощущать то, что он попросту исчезает! Или всё-таки возможно?
Тут в голове что-то щёлкнуло. Будто туман чуть рассеялся, и лучом яркого света в голове вспыхнула мысль: это всё не фокусы. Всего одной секунды просветления хватило, чтобы в сознании как неоспоримый факт утвердилась истина: это всё реальность. Самая настоящая, неподдельная чёртова реальность, в которой я достаточно быстро растворяюсь в воздухе.
Я хотел начать паниковать, вопрошая моих новых знакомых, что же со мной происходит, но меня опередили.
— Анс, что с ним?! — воскликнула Аин. — Почему он исчезает?!
— Скит! — почти прошипел Анс какое-то непонятное слово (похоже, просто выругался). — Его связь с прошлым Миром разорвана, а с этим ещё не установлена, он тут не закрепился, вот и исчезает, — пояснил он, но от понимания того, что со мной творится, легче как-то не стало.
— Он что, всё-таки возвращается в свой мир? — в голосе Фреи прозвучали плохо скрываемые панические нотки.
— Нет, я же сказал, что связь с прошлым миром уже разорвана. Значит, он не вернётся обратно, его, скорее всего, затянет в Моркет, и он исчезнет навсегда.
— Эй, я не хочу навсегда! — воскликнул я. — Закрепите меня здесь, или что вы там должны сделать! — ног своих я уже почти не видел.
Я не знал, что такое «Моркет», но что-то мне подсказывало, что мне туда не надо, совсем не надо. К тому же постепенное исчезновение тела — это явно не к добру.
— Душу в мире держит имя, ты должен просто назвать своё имя, — Анс пытался выглядеть спокойным, и у него это даже получалось. Я невольно позавидовал, потому что у меня-то, кажется, начиналась истерика.
Имя, отлично, имя. Это казалось достаточно простой задачей, но, к своему большому удивлению, я обнаружил, что не могу его вспомнить. Забыть свое собственное имя — это просто верх безалаберности. Браво! Я превзошёл сам себя. Весь абсурд ситуации состоял в том, что я помнил практически всё, кроме своего имени и того, как здесь оказался. Трижды пожалев о том, что не имею привычки таскать с собой паспорт, я выкрикнул:
— Я не помню своего имени!
От холодного сковавшего душу ужаса, наверно, подкосились бы ноги, если бы они у меня были! Вся нижняя часть тела превратилась в полупрозрачный серый дым. Руки тоже становились прозрачными.
«Да я ж грёбаный джинн!» — в припадке истеричной, идиотской весёлости заорала моя последняя клетка мозга. Убив тем самым две мои последние нервные клетки.
— Значит, имя уничтожилось вместе со связью с прошлым миром, — задумчиво пробормотал Анс. — Любопытно.
Любопытно ему! Я тут скоро провалюсь в какой-то абстрактно-ужасный Моркет, исчезнув там навсегда, а ему любопытно! Начинаю подозревать, что я попал в лапы к каким-то безумным магам-экспериментаторам.
— Придумай новое! — подала дельную мысль Фрея, уже не скрывавшая паники.
— Иначе мы тебе сами придумаем! — добавила Аин.
Почему-то у меня были сильные сомнения в том, что эта троица может придумать мне какое-то стоящее имя. Ходить же всю жизнь с таким именем, что и представиться будет стыдно, мне не очень хотелось. Я запаниковал. Запаниковал ещё сильнее, чем паниковал до этого. Все мысли смешались, сбились в кучу, и в этой куче предстояло отыскать что-то, чем можно было бы назваться. Я судорожно пытался сосредоточиться хоть на чём-нибудь, но состояние, близкое к истерике, явно этому не способствовало. И тут голову снова наполнил туман, он будто разогнал все ненужные мысли по углам, выхватив то единственно нужное из груды бесполезного хлама.
И я выкрикнул первое, что пришло в голову. Да, моё «первое, что пришло в голову» явно будет гораздо лучше, чем всё, что смогли бы придумать эти ненормальные маги.
— Дей! — воскликнул я какое-то неизвестное и непонятное мне слово, которое просто возникло в моей голове. И это помогло: как по волшебству — хотя почему «как»? — моё тело перестало просвечивать и приобрело былую и такую полюбившуюся мне материальность.
— Отличное имя, — улыбнулась мне Аин. Я в ответ изобразил на лице что-то вроде улыбки, но она явно получилась не слишком радостной, а уж скорее вымученной или безумной.
