Взгляд Айвора быстро переместился к ней. Её изумрудные глаза с хитрым прищуром смотрели на него. Под этим взглядом он немного стушевался.
— Сама бы попробовала, — пробормотал он, — хорошо говорить, когда у тебя нет младшего брата или сестры.
— Мне и тебя хватает, — засмеялась она.
Временами не в меру энергичная Витар частенько подшучивала над Айвором, он отвечал ей тем же. Или по крайней мере старался.
От её смеха покрытые веснушками щёки Айвора вспыхнули румянцем.
— А зачем охлаждать ЦС? — вдруг подала голос самая младшая из присутствующих.
— Чтобы он не взорвался, — Айвор повернул всё ещё красное лицо к до этого молчавшей девочке.
Серебристые волосы и серо-синие глаза, бледная словно мрамор кожа и кукольное лицо. Мора была обычно тиха и незаметна, но из-за этой вечной молчаливости её слова приобретали особый вес. Её всегда слышали, как бы тихо она ни говорила, а на вопросы всегда отвечали. Даже если не хотели. Сейчас, конечно, был не тот случай, но всё-таки.
— Что будет, если ЦС взорвётся? — она чуть подалась вперёд, балансируя на самом краешке кресла с отломанной спинкой. Прядь волос скатилась с её узкого плеча, пойти достав до земли.
— Э-э-э, ну-у-у, — протянул Айвор, — взрыв…
— Гениально, Айв, — Витар резко усмехнулась, блеснув своей острой улыбкой.
— Я ещё не закончил! — он зло зыркнул на неё. — Так вот, будет большой взрыв, такой, что вся башня рухнет. А потом упадут щиты и фильтры. Энергия пропадёт. И мы потеряем связь с другими городами и с Главным сервером.
— А ещё часть информации о прошлом пропадёт, — дополнил Фолкор, заботливо убирая прядь волос, упавшую Море на лицо.
— Зачем нужна информация о прошлом? — снова спросила Мора.
— Ну, в школе же рассказывали. Это нужно для того, чтобы Нумерованная планета, когда её наконец доделают, была похожа на наш мир в прошлом, — объяснил Айвор, чувствуя некую личную ответственность за всё, что связанно с Нумерованной планетой.
— Зачем создавать новый мир, когда нужно чинить старый? Почему им нужна Нумерованная планета, а не наша? — глаза Моры внимательно смотрели на Айвора. В такие моменты он начинал понимать, почему другие дети её избегают. Не каждый смог бы выдержать такой взгляд. Слишком давила её внутренняя, ещё не до конца пробудившаяся сила. Но Айвор уже почти привык.
— Ну откуда же Айву всё это знать? — мягко спросил Фолкор, гладя девочку по голове, словно утешая. — Сама подумай. Его отец хоть и работает в Центре разработки, но Айву же не докладывается.
Мора лишь тихо кивнула, закрывая кукольные глаза. Ей было грустно. По её лицу редко можно было понять хоть что-то, поэтому они научились улавливать эмоции Моры по-другому.
— А если бы вы могли создать на Нумерованной планете любой мир, какой пожелаете, то какой бы он был? — неожиданно даже для самого себя спросил Айвор.
— Разве так можно? — осторожно спросила Мора, распахнув глаза.
— Нам может кто-то запретить? — Айвор лучезарно улыбнулся и поднял взгляд на подёрнутое пылевой дымкой небо. — Я вот хочу Мир с синим-синим небом и зелёной травой, и деревьями, и речками. Нет! С огромными такими морями и океанами! — он развёл руки так широко, как смог, показывая, какой огромный должен быть океан. — И высоченными горами со снежными шапками, и… и… — тут он осёкся, переводя дыхание, думая, что бы ещё после этого «и» пожелать.
— И с бескрайними полями и лугами, и с тёмными лесами, где будут водиться разные зверьки, — продолжила оборванную фразу Витар, рассеянно и немного смущённо приглаживая короткие зелёные волосы, — они все будут жить дружно, и никто не будет никого обижать.
— Пф, девчачьи бредни, — недовольно фыркнул Айвор. — Как это «никто не будет никого обижать»? А есть они у тебя что будут, пыльцу с цветочков?
— Может быть, и пыльцу, — глаза Витар зло сузились, грозный взгляд упал на Айвора, — пусть траву едят.
— Даже хищники? — ядовито уточнил Айвор.
— Даже хищники, — категорично заявила Витар, скрещивая руки на груди.
Они сверлили друг друга недовольными взглядами и разве что не трещали, как искрящиеся провода.
— Пусть будет мир без войн, — примиряюще сказал Фолкор, с лёгкой усмешкой глядя на друзей.
— Мир в котором никто не болеет и не умирает, — почти прошептала Мора, поэтому чтобы услышать её голос Айвору и Витар пришлось замолчать.
Выслушав пожелания, Айвор улыбнулся. Он знал о своих друзьях всё, что только мог знать. И понимал, почему они желают именно этого.
Он знал, что Витар живёт одна с больной матерью. Отец и два её старших брата погибли на войне. Мать работает в оранжерее, там, где ещё сохранились настоящие растения, но влажность не идёт ей на пользу, а из-за грязного воздуха у неё развилось лёгочное заболевание, как у многих в этом городе. Так что почти все деньги уходят на лекарства. Витар тоже приходится работать в оранжерее, недоедать, донашивать наспех подшитую одежду старших братьев. Оттого она была больше похожа на мальчишку в своих длинных, загнутых брюках, объёмных рубашках с закатанными рукавами, с короткой неровной стрижкой.
