Важные для успешного претворения в жизнь намеченного плана детали – выбор мест, транспортных средств, ядов – потом будут разработаны, описаны и введены в практику широким кругом знающих и опытных в своем деле специалистов, представителей различных секторов прекрасно организованного немецкого общества – ученые-медики и ученые-химики, работники химической промышленности, транспорта, управленцы, полиция, строители. Даже психологи были подключены – им предстояло определить, какое вранье нам предстоит выслушать перед отправкой на гибель. После пламенных речей рейхсканцлера Адольфа Гитлера и декларации об окончательном решении еврейского вопроса на Ванзейской конференции в январе 1942 года все спланировано. Построены железные дороги для перевозки миллионов людей, разработаны конструкции газовых камер в Треблинке, выбран ядовитый газ – многократно опробованный и эффективней цианида. Даже построены специальные крематории для массового сжигания человеческих тел. В современном, высокоиндустриальном обществе, с помощью лучших экспертов продумывают и создают мощную сеть, покрывающую большую часть Европы и требующую гигантских ресурсов.
В этот всеобъемлющий процесс, в эту гигантскую цепь входило множество звеньев. Некоторые из них все еще не изучены. Кому, например, пришла в голову блестящая идея с еврейским рабочим паспортом, введенным во всех без исключения гетто в генерал-губернаторстве и дававшим еврейскому населению ложное чувство защищенности? Кто изобрел все детали? Еврейские советы, еврейская полиция в абсолютно одинаковых во всех гетто униформах? Местные власти, с помощью одной и той же лжи убаюкивающие обреченных людей и создающие иллюзию безопасности? В Ченстохове это был комендант города Франк, однофамилец генерал-губернатора – интересно, развлекала ли его необходимость врать нам? И наконец совершенно единообразная во всей Польше система изъятия последнего имущества убиваемых людей. Все, что имелось у обнищавшего населения гетто, все, что можно было использовать – использовалось. Золотые зубы, длинные красивые волосы наших женщин – перед смертью их стригли наголо.
Первый раз в истории человечества было организовано индустриальное уничтожение 6 миллионов человек – большинства из них в течение одного года. Мало того, все, что представляло хоть какую-то ценность для немецкого общества, даже части наших тел – все было утилизировано, всему нашлось применение.
Конечно, капитан Дегенхардт и его подручные из лейпцигской полиции порядка, те же Черные – все они играли не последнюю роль, но все равно, это лишь маленькие винтики гигантской машины во главе с немецким индустриальным гигантом – AG Farbenindustrie, производившим эффективный ядовитый газ. Но мы-то видели только эти винтики, тех, кто получал приказы и приводил их в исполнение. Многие из тех, кто работал на эту машину, до сих пор неизвестны. Кто-то никогда не будет идентифицирован, кто-то просто отрицает свое сотрудничество. Люди охотно забывают то, что они хотят забыть.
22 сентября 1942 года, праздник Йом Кипур. Необычно солнечный и теплый для этого времени года день. Я вижу из наших окон, как люди вне гетто прогуливаются на солнышке – молодые и старые, женщины и дети, некоторые держатся за руки – как будто ничего существенного не произошло. Ближе к вечеру я вижу, как полицейский старшина Шиммель спешит вместе со специально отобранными евреями на улицу Вильсона. Евреи грузят на тачки мертвых, тех, кто погиб во время Селекции. Многие плачут. Я не вижу этого, но знаю, что для семи тысяч человек в переполненных, закупоренных вагонах для скота необычно теплый день и ласковое солнышко служат источником дополнительных страданий.
Я хотел бы забыть этот день, но не могу и не имею на это права. Попытка рассказать о том, что я видел сам или слышал от очевидцев, оказалась гораздо мучительней, чем я мог предположить, когда начал работать над книгой. В то же время сейчас, когда я написал все это, пришло странное чувство освобождения, мне легче стало справиться с тоской и отчаянием, охватывающим меня каждый раз, когда я думаю о Первом дне Истребления.
Раннее утро 4 октября 1942 года, день пятой депортации евреев из Ченстоховы и последний день массовой Акции Истребления. Все происходит по одному и тому же сценарию. Капитан Дегенхардт проводит Селекцию и своим коротким офицерским стеком указывает, кто должен умереть, а кто может еще пожить. Черные вступают в свои права на границе гетто, гонят колонну по улицам города к длинному товарному поезду. Такие поезда, забитые до отказа человеческим грузом, каждый третий день отправляются с Восточной станции, ветка на Кельце. Процедура каждый раз чуточку меняется – немцы набираются опыта, к тому же каждый раз они имеют дело с новым районом гетто.
