– Потому! – резко отвечает Бен, резко обернувшись к ней. – Мне не нравится Вианн.
– Кое-кто тебе всё же нравится, – прищуривается Кэндис. – Я слишком хорошо тебя знаю, Бен. Я вижу это.
Бен вне себя, и он явно смущён.
– Кэндис, – цедит он сквозь зубы.
– Что?
– Почему ты всё время… ты не можешь… просто забыть об этом?
– Забыть о чём? – спрашивает она невинно. – О свадебных планах?
Бен вскакивает, опрокинув свой стакан:
– Вианн мне не нравится!
Кэндис тоже вскакивает и тычет в него указательным пальцем.
– Это чушь, и ты сам знаешь, – говорит она. – Я уже устала считать, сколько раз ты натыкался на эту девочку. Ты втюрился. Почему бы просто не признать это? Почему ты не можешь…
– Потому что мне нравишься ты!
Все сидящие за столом дружно ахнули, а у Кэндис отвисла челюсть. Проходит несколько напряжённых секунд, и я не знаю, скажет ли Кэндис что-то в ответ или врежет ему.
Бен, воспользовавшись минуткой тишины, обходит стол и, встав прямо перед ней, решительно смотрит ей в глаза.
– Думал, что у меня никогда не хватит духу, – мягко говорит он. – Но ты мне нравишься. Уже давно. А все эти нелепые случайности с Вианн… Я действительно натыкаюсь на неё. Честно.
На её лице расплывается широкая улыбка:
– Ты что, такой неуклюжий?
– Получается, да. – Он берёт её за руку, и они стоят в паре сантиметров друг от друга.
– Так, – говорит Кэндис, глядя прямо ему в глаза. – Видимо, я никогда не дождусь. – Она хватает его за рубашку, притягивает к себе и страстно целует.
У меня открылся рот от удивления, а следом и у всех остальных. Спустя несколько страстных мгновений они отстраняются друг от друга – теперь и у Кэндис раскраснелось лицо.
Все аплодируют, и вскоре к ним присоединяется половина столовой. Некоторые даже встали с мест посмотреть, что там за суета. Смущённые Кэндис и Бен снова садятся.
Даррен смотрит то на одного, то на другого, и на его лице появляется ехидная усмешка.
– Теперь, похоже, самое время спросить: когда свадьба?
Кэндис закрывает лицо руками и ничего не отвечает. Я думаю, она растерялась впервые в жизни.
– Эй, Китон, – говорит Даррен, – ты проспорил мне все мясные блюда на две недели.
– Умолкни, – огрызается Кит.
Кэндис поворачивается к брату, ткнув его в плечо:
– Ты поставил на меня все мясные блюда?!
– Ну…
– Оказалось, я был прав, – перебивает его Даррен. – Это же был только вопрос времени, ребята, когда вы сойдётесь.
– Что?! – взвилась Кэндис. – Ничего подобного.
– Я поспорил, что это случится в этом месяце, – продолжает Даррен. – А твой брат был уверен, что позже.
Кит кажется очень смущённым.
– Ну… да.
– Всё было слишком очевидно, – пожимает плечами Даррен.
– Что, правда? – спрашивает Кэндис, обводя всех взглядом.
Все энергично кивают и говорят что-то вроде «явно намечалось», «так заигрывали», «ты ещё спрашиваешь».
Вечер продолжается. Покончив со своими обязанностями, я возвращаюсь в опустевшую столовую, чтобы посидеть в укромном месте. Мне нужно побыть одной.
Сегодняшний вечер меня успокоил. Я рада, что у меня здесь есть друзья, что у меня получилось справиться с задачей, которая казалась невыполнимой. Мне хорошо с Беном и Кэндис. Мне хорошо с Китом – и это в месте, о котором я даже не знала, и с людьми, которых меня приучали ненавидеть. Если в моей жизни наверху всё было правдой, то почему я испытываю здесь все эти чувства?
– Что я творю?! – шепчу я и, поставив локти на стол, опускаю голову на руки. – Зачем я это делаю?
Но причина ускользает от меня. Если честно, то моя жизнь здесь далека от тех ужасов, которые я себе воображала. У меня есть Джона, который поддержал меня и примирил с моей страшной способностью. У меня есть Тиффани, которая вдохновила меня и ни разу не предала. У меня есть Кит, который дал мне понять, как здорово испытывать эмоции.
Я сижу, уставясь на гладкую поверхность стола и считая линии на его поверхности. Это простое действие успокаивает меня.
– Привет!
Я подскакиваю, откидываясь на стену дивана и хватаясь за грудь.
– Прости, – говорит Кит. – Не хотел тебя пугать.
– Видимо, у тебя врождённый талант к этому.
– Возможно, – ухмыляется он. – Не против, если я присоединюсь?
– Совсем нет.
Он садится рядом со мной, постукивая пальцами по столу. Он улыбается своей обворожительной улыбкой и смахивает волосы со лба. Внутри у меня всё сжимается.
– Так ты сюда приходишь поразмышлять? – спрашивает он.
– Я же не умею летать. Так что – да.
– По-моему, тут вполне неплохо. – Он поднимает голову к потолку. – Но зато люди не видят твои ноги, когда ты наверху.
Я киваю:
– Это уж точно.
– Это поправимо. – Он оглядывает комнату.
– Что именно?
– Пещера наверху явно лучшее место для раздумий, – говорит он с видом знатока. – Люди могут разглядывать наши ноги вон оттуда.
– По-твоему, это главный критерий? – смеюсь я.
Я слежу за его взглядом и осматриваю комнату. Тут так спокойно, когда почти никого нет.
– Можно я расскажу тебе кое-что? – спрашивает Кит.
– Конечно.
Он поворачивается ко мне, и от взгляда его поразительных голубых глаз у меня перехватывает дыхание.
– Я не знаю всего, что тебе пришлось пережить, прежде чем попасть сюда, но… Я очень рад, что ты здесь.
