И это «но» тоже возникло после разговора с Констанс. Натаниэль просто не умел иначе. Подобно тому, как он объяснял мне возможные последствия партнерства с Рованом через Кристофа, сейчас я многое могла себе объяснить сама. Он был рожден, чтобы править. Отец воспитывал его, как… я даже слова подобрать этому не могла. Для него на первом месте всегда были даже не собственные интересы, а интересы Вейсмейстрии и сила императорского драконьего рода. Которая на Альви начала надламываться.
Для него это было не личной потерей, он вообще не рассматривал это как личную потерю или как потерю женщины, лишившейся малыша еще до рождения. Он смотрел на это, как на ослабление империи в глазах советников, высшей знати, других государств. И с такой позиции я даже могла его понять. Вот уж не представляла, что однажды мне в голову придет эта мысль, но она пришла. Та самая мысль, в которой Натаниэль избавлялся от жены, способной разрушить империю изнутри своим бесплодием, и это было наименьшее зло.
Когда меня впервые таким накрыло, я долго сидела, уставившись в одну точку и думая о том, что со мной сделал этот мир. Но мир на самом деле тут был ни при чем. Просто до этого я была Аглаей Лисовицкой, ведущим менеджером по организации праздников, и самой сложной моей задачей было, как устроить мероприятие так, чтобы все были довольны. Если бы мне пришлось уволить кого-то, кто мог поставить под угрозу репутацию нашей компании, сорвать праздник или испортить его, я бы сделала это, не задумываясь.
К сожалению, каким бы хорошим ни был человек, если он не соответствует заявленной компетенции, он как сырой эклер в пирамидке крокембуш. Альви была тем самым недопеченным эклером. И, как ни грустно это признавать, из-за нее могла рухнуть вся империя.
Да, все это по-прежнему не отменяло самого факта жесткости Натаниэля и прочего, но и чувств между супругами не было. Точнее, у Альви была безоглядная влюбленность, не имевшая под собой никаких основ, а император… император женился как в той песне про королей. Или, проще говоря, по политическим причинам. Вот и вся романтика.
В дверь постучали, прервав мои мысли.
— Ара Эрхольд, — в кабинет заглянула Ханна, — вам просили передать, что открытая площадка для купаний почти завершена. Остались только небольшие штрихи, но земные закончат их завтра в течение дня.
Ара Эрхольд?
— Какая еще ара Эрхольд? — поморщилась я. — Ханна, что случилось?
В последнее время мы очень мало общались, но сегодня Ханна выглядела какой-то особенно отстраненной.
— Ничего, — покачала головой девушка. — Просто пришла вам сообщить. Простите, что побеспокоила.
Простите, что побеспокоила? Да что вообще происходит⁈
— А ну стой, — сказала я, поднимаясь из-за стола. — Ты меня не побеспокоила, да и вообще мне казалось, что мы с тобой подруги.
— Мне тоже так казалось, — Ханна отвела глаза. — Но потом у вас появились фрейлины… и маркиза Дамэй.
Сначала я вообще не поняла, о чем она говорит, а потом до меня ка-ак дошло!
— Подожди, — весело сказала я. — Ты что, ревнуешь?
— Нет! — тут же воспротивилась Ханна. — Да и с чего бы мне. Я просто служанка, а они…
— Так, давай заканчивай мне это свое «я просто служанка»! — Я подошла к ней. — Фрейлины здесь появились не по моей воле, и, если честно, я с ними общаюсь, потому что не общаться было бы как минимум невежливо. Если не сказать странно.
— С маркизой тоже?
Далась ей Констанс!
— Маркиза — потрясающая женщина, но мы с ней совершенно разные, — пожала плечами я. — При этом мне действительно нравится с ней общаться, она очень интересная собеседница, и, если захочешь, я вас познакомлю поближе. Уверена, она совершенно не удивится нашей с тобой дружбе. Хотя что-то мне подсказывает, она и так об этом давно знает, у нее как будто глаза везде, где только можно.
— Суровый навык выживания в мире вышестоящих драконов, — хихикнула Ханна.
— Точнее и не скажешь. А знаешь, что? Давай организуем женские посиделки прямо сейчас.
— Женские посиделки? Где?
— В термах, — сказала я, — то есть в будущих термах.
Я знала, что бассейны уже готовы, а если Д’Амир говорит, что остались последние штрихи, значит, так оно и есть.
— Так ведь поздно уже, — сказала Ханна. — Вечер. И вы не ужинали еще.
— Попроси на кухне собрать нам корзину. Устроим девичник и пикник. Заодно станем первыми, кто оценит новинку нашего курорта.
Дорогу туда тоже сделали удобной, так что вечер меня не смущал. Я теперь по окрестностям могла ходить с закрытыми глазами, буквально как земные с их интересными особенностями зрения. Ханна от идеи пришла в восторг и тут же убежала все собрать, а я пригласила слугу, чтобы передал записку Констанс и направилась к себе, чтобы переодеться.
Вот только в комнате меня ждал сюрприз: Натаниэль собственной персоной.
— Мне доложили о твоей интересной идее, — сообщил он, едва я переступила порог.
