-Единственно, чем не могу тебе помочь, деточка… прости, теперь ты - Виль… я думаю, вполне подходит. Я не смогу помочь тебе с оружием. Простите, мой господин, - старик шутливо склонил голову. - Времена сейчас непростые. О том, откуда ты родом вообще предпочитают не вспоминать, - его глаза вдруг стали тусклыми. - И о том, что наше предательство стоило нам десятка сгоревших деревень. Тех, кто не боялся говорить об этом… тоже… Ты на Главную площадь не ходи. Слышишь, не ходи!.. Так что для соседей будешь моим вторым внуком. От Марицы. Распутная девчонка удрала лет двадцать назад… Как раз подходит. А что? Виль Тилий - вполне… вполне…
Лорисс нахмурила брови, тренируясь перед зеркалом.
-Впечатляет, - старичок цокнул языком. - Девица ты красивая. Была. А вот парнем получилась, не то, чтобы хуже… так не скажу. Только нечто, уж ты не обижайся, демоническое, что ли, в тебе открылось. Этакая… красота, девки таких любят.
-Скажете тоже, дядя Нифонт, - фыркнула Лорисс. И в “мужских” чертах явственно проступило девичье смущенье.
-И за лицом следи, это да, - напомнил старичок, и Лорисс поморщилась.
А на следующий день, незадолго до приезда сына и внука старого Нифонта, раздался звон колокольчика у двери, и Лорисс, справляясь с возложенными на себя обязанностями, спустилась по лестнице встречать гостей.
Гостя.
Прислонясь спиной к закрытой уже двери, сложив на груди сильные руки, стоял тот, кого Лорисс менее всего ожидала увидеть.
-Так, - вместо приветствия сказал гость. Чисто выбритый череп блеснул в свете лучей Гелиона, проникавшем с улицы через не занавешенное окно. - Если бы мы не поспорили с Харидой, я ни за что бы тебя не узнал. Виль, верно?
-И кто выиграл? - Лорисс застыла на последней ступеньке.
-Я проиграл, - Питер перестал подпирать дверь.
С этими словами Питер отстегнул пояс с ножнами, снял с плеча перевязь и протянул Лорисс. Машинально она взяла ножны, и оттуда, из глубины, достала роскошный полутораручный бастард. Длинная узкая рукоять, перевитая ребристой проволокой, заканчивалась мощным противовесом. Гарда, отогнутая в сторону клинка, расширялась, специально предназначенная для того, чтобы во время боя защищать кисть. Она словно была создана для захвата меча противника между широким перекрестием и собственным клинком. Любимый прием Лорисс, если уметь им пользоваться.
-Грозное оружие, - Лорисс смотрела на клинок, не в силах оторваться от созерцания совершенного творения рук человеческих. - И легкий, - она взвесила меч в руке.
-Угадала. Длина его клинка чуть меньше, чем положено бастарду. Когда он достался мне от отца, я решил, что это существенный недостаток. А теперь мне кажется, что мастер, который ковал этот меч, делал это специально для женской руки.
-Бастард, - Лорисс не отрывала глаз от клинка. - Ублюдочный меч.
-Мне не нравится такое название. Те, кто так его назвал, привыкли делить мир на черное и белое. А раз меч не относится ни к двуручным, ни к одноручным мечам, значит что - он изгой?
Под гардой на клинке Лорисс разглядела клеймо: змею с двумя головами по обеим сторонам тела.
-Но это же знак…
-Не имеет значения, чей это знак. Меч хороший, и он твой.
Лорисс пришлось сильно постараться, чтобы скрыть тяжелый вздох. Она просто сказала.
-Я не могу принять такой подарок.
-Я не сказал подарок, я сказал дар. Это разные вещи. Замолчи, - предупреждая ее попытку возразить, твердо сказал Питер. - Я буду рад, если он послужит доброму делу. Пока это все, чем я могу помочь. Если ты придешь к цели, - Питер помолчал. - Когда ты придешь к цели, пусть не дрогнет твоя рука. Тогда я буду знать, что в этом есть и моя заслуга.
После таких слов, Лорисс не смогла отказаться. Но больше меча ее обрадовало то, что Питер пошел до конца: гнезда пояса, предназначенные для маленьких острых жал, тоже оказались заполненными.
-Тебе пригодятся, - поспешно сказал он, видя, что Лорисс собирается с духом. - Тем более что ты умеешь ими пользоваться. На этот раз без оговорок.
Если бы Лорисс умела плакать, то непременно пустила бы слезу. Но все слезы остались там, в деревенском доме, в одной из ночей.
***
