Любимый метательный нож сам собой скользнул Лорисс в руку, привычно развернулся рукоятью вниз и занял такое привычное положение, что не бросить его вперед, оказалось невозможно. Прежде чем разум успел прикинуть расстояние до противника, прежде чем Лорисс сообразила, что перед ней не мишень, а живой человек, прежде чем подумалось о возможных последствиях, тело завершило начатое движение. Корпус плавно качнулся сначала влево потом вперед и - теперь не удержишь - блеснуло в воздухе смертоносное жало. Довершив в полете пол-оборота, нож попал точно в цель.
Лорисс долго собиралась, поэтому нападавший все же успел довершить начатый удар. Лазарь вздрогнул и остановился. Будь на нем хотя бы кожаная куртка, он отделался бы царапиной. В худшем случае. Но нем была одна рубаха. Лорисс некогда было раздумывать, она выхватила их гнезда второй нож, но противник Лазаря, вместо того, чтобы добить раненного, повернулся. Столкнувшись взглядом с Лорисс, он вдруг попятился и чуть не упал, поскользнувшись на мече, который выпал из рук Лазаря. Не успела Лорисс и глазом моргнуть, уцелевший противник исчез, оставив ее наедине с убитым и раненным.
Мертвенный свет Селии осветил место недавних событий. На мостовой лежал бородатый мужчина, а из его груди торчал нож, вбитый почти по рукоять. Спиной к нему на коленях, прижимая руку к правому боку, сидел Лазарь. Между пальцев текла черная кровь. Он часто дышал, рот его был приоткрыт.
Лорисс стояла посреди улицы, с одной стороны тянулась глухая стена, с другой - густые кусты. Стояла и не двигалась с места.
-Парень, - тихо проговорил Лазарь, и протянул к Лорисс окровавленную руку. - Недалеко, здесь… помоги.
Только тогда Лорисс очнулась и бросилась к нему. Она с готовностью подставила ему плечо, стараясь за действиями скрыть необходимость осознания содеянного. Сердце обмирало от ужаса, когда она помогала раненному подниматься. Лорисс так бы ушла, не взглянув в ту сторону, где лежал убитый, если бы не Лазарь. Он проявил большую осмотрительность. Хотя ей показалось, что он ни разу не оглянулся на лежащего позади него мужчину.
-Нож, - шепнул Лазарь, и Лорисс его поняла. - Постою…
Лазарь стоял, пошатываясь, старательно удерживая равновесие, по-прежнему не отнимая руки от правого бока. По пальцам его струилась кровь.
Прикусив до боли нижнюю губу, Лорисс рухнула перед бородатым мужчиной на колени. Времени для духовных терзаний не оставалось. Но чем яснее она это понимала, тем дольше медлила. Она убила человека. Лорисс подняла голову и посмотрела на небо: ночное, расцвеченное звездами небо и ни облачка. Ни грома, ни молний. А человек не дышит. И виновата в этом она. Огромный бородатый мужчина умер подозрительно легко. Но самое страшное: в душе не было угрызений совести. Возможно, ужасная кара настигнет ее позже? Лорисс услышала, как застонал Лазарь. Она видела перед собой огромное неподвижное лицо - и не видела. Мгновенья проходили, а она так и не могла заставить себя прикоснуться к рукояти ножа, что являл с мертвым телом единое целое. И тут ее обожгла мысль, к мертвецу не имеющая отношения. Что будет, если Лазарь упадет и ей придется его поднимать, а она не сможет? И тогда она решительно взялась за рукоять.
-Подальше… кровь.
Не понимая, что делает, Лорисс отклонилась в сторону, и, собрав все силы, которые оставались в ее распоряжении, выдернула нож из груди. Мертвое тело подалось вперед, словно отстаивало свое право владеть ножом, что лишил его жизни. Лазарь оказался прав. Хлынула кровь. Вернее, кровь била из пробитой артерии ровно мгновенье. И если бы Лорисс предусмотрительно не отодвинулась, за краткий миг оказалась бы залитой черной струей.
-Здесь… недалеко, - шептал Лазарь, тяжким грузом навалившись ей на плечи.
-Теперь ты подожди, - и не успел Лазарь оглянуться, как широкая полоска, которую оторвала Лорисс от своей нижней рубахи, плотно обмотала его талию. - Пойдем.
Идти, слава Свету, пришлось недолго. На первом же перекрестке они повернули налево, и Лазарь сказал.
-Здесь… стучи.
Лорисс взялась за железное кольцо и постучала по металлическому диску. Казалось, гул поднимет и мертвого.
-Кто еще? - раздался недовольный мужской голос.
-Я… Лазарь, - его голос прозвучал достаточно внятно. Дверь тотчас открылась.
4
