Но почему меня предала Мизэки, которая вроде бы любила, спасала, сделала мне уникальный бионический протез? И вдруг в самый последний момент вспомнила, что она — человек из иного мира и решила тут же на моих глазах вернуться к этому проходимцу Адаму, вместе с изобретением Артура Никитина. Почему?
Обычно женщины на такой вопрос, отвечали — потому. И всё. На этом спор заходил в тупик.
Из проёма в высокой бетонной стене потянулась вереница людей. Они тащили раненных. Женщины тянули за руку детей. Те на удивление вели себя тихо, сдержанно, не ныли и не капризничали, а их по-взрослому глубокие взгляды пугали. Что им пришлось пережить — уму непостижимо.
Из-за проёма вылез Жан-Поль со здоровенным ящиком в руках, выкрашенным серо-стальной краской — ракеты для «Ольхи». За ним ещё несколько дюжих парней тащили как здоровенные пулемёты Корд.
Кузьма умело распоряжался, чётко и громко отдавал команды.
— Мика, помоги Кузьме с раненными, я сейчас открою салон.
— Ну, я хочу с тобой, Олег, — капризно выпятила нижнюю пухлую губу, свела бровки домиком, став похожей на большого обиженного ребёнка.
— Хорошо. Поднимайся.
Спорить я не стал. Поставил ногу на последнюю ступеньку и быстро поднялся. И лишь только уселся в кресло пилота, щёлкнув рычажком открытия люка, как Мика мгновенно оказалась рядом, плюхнулась рядом в кресло второго пилота, и с горящими глазами стала жадно осматриваться.
— Крутая штука!
— Э-э, ручки свои шаловливые не суй, куда не просят, — оборвал я не в меру любопытную девчушку.
Она лукаво улыбнулась, откинулась на спинку кресла и стала покачиваться, как на качелях, а взгляд бездумно скользил по лобовому стеклу с выведенными менюшками. Потом стала оглядывать кабину, сунула нос ко мне, осмотрев рулевую колонку, педали, рычажки и тумблеры.
— Мика, а скажи, зачем ты меня спасла от казни? Совесть проснулась?
— Ну да. Скажешь тоже, — начала вертеться на месте, как непоседливый малыш. — За выполнение этого квеста я получила десять тысяч очков!
О том, что такое «квест» я имел смутное представление, но объяснение выглядело вполне логично.
— А на фига тебе эти очки? Ты и так сильнее всех в этом костюме.
— Ты не понимаешь! Я могу теперь открыть новую локацию. В космосе. А ещё немного и у меня будет свой собственный звездолёт! Понятно?
— Настоящий звездолёт или виртуальный?
— Виртуальный, конечно, — обидно фыркнула. — Где сейчас возьмёшь настоящий? Ты дурачок? Дурачок, дурачок! — стала дразниться.
Жутко захотелось похвастаться, что на околоземной орбите летает мой собственный звездолёт, на котором я могу путешествовать по всей нашей Галактике, а может быть забраться и дальше.
И уже открыл рот, чтобы рассказать в красках девчушке, о том, как мы строили этот звездолёт в доках, как выводили с космодрома Восточный отдельные узлы. О диверсиях, что устраивала секта «Очистительный свет Сверхновой».
Стоп. Отвратительные воспоминания о секте отрезвили меня, заставили захлопнуть рот на замок.
И тут как раз очень кстати ожила внешняя связь и я увидел на экране физиономию Кузьмы. Выглядел он измученным. Веки опухли и набрякли, так что почти закрыли глаза, лицо бледное, какое-то даже серое. Но выглядел довольным, прямо излучал радость.
— Мы готовы, командир. Все погрузились.
— Точно всё? А оружие? Оружие захватили?
Чёрт, как же я забыл напомнить об этом? Теперь мы могли загрузить весь арсенал, что нашли в подвале. И особенно макроматериалы! Балбес, надо было проследить самому, а не крутить шуры-муры с девчонкой, которая мне в дочери годится.
— Та не переживай, Громов, — хмыкнул Кузьма, словно услышал мои мысли. — Мы все упаковали и погрузили во второй транспорт.
— Ну молодца. Здорово. Точно всех вывезли? Никого не осталось?
— Всех.
— Ну тогда, забирайся ко мне в кабину.
Экран погас и через пару минут я уже услышал, как вибрирует и трясётся металлическая лестница под ножищами Кузьмы.
Мика бросила на меня недовольный взгляд — явно хотела со мной наедине остаться, а я нос ей натянул.
Когда Кузьма во весь свой богатырский рост выпрямился в кабине, я даже на миг испугался, что он просто не поместится здесь.
— А сесть куда? — он неловко и осторожно повернулся.
— Мика, давай дуй вот туда, — я махнул на место бортинженера за моей спиной. — Быстро! Улетать надо.
Надула губки, скуксилась, но послушно вскочила, уступив Кузьме место.
— Всё поехали.
Взлетать пришлось тяжело. Центровка ни к черту. Казалось, что тащу весь космолёт, как огромного слона на собственных плечах, а он прижимает меня всей своей массой к земле, сдавливая грудь, не дает дышать. Автоматика, конечно, работала, но с такой нестандартной ситуацией справиться не могла. Стало душно и жарко, как в бане, по спине потекли струйки пота. Преодолеть столько трудностей и грохнуть космолёт?! Я-то выживу. То есть воскресну, а люди?
И как назло запиликал сигнал предупреждения о вторжении в зону опасности. Система вывела силуэты и характеристики аппаратов, мчавшихся сюда, но мне было не до того, чтобы рассматривать их. Главное, сейчас взлететь.
