– Ой, Гордон, позови мне Шона, и все! – жестко отрезал я.
– Боже, какое нетерпение. Ну, ладненько.
Голова мужчины скрылась. К моему счастью, он не заперся вновь. Иначе повторный процесс открытия звучал бы в высшей степени комично.
Незаменимый управляющий Оуэна не стал разговаривать со мной через порог. Он любезно вышел на улицу и, прежде, чем закурить, приветливо пожал мне руку.
– Да не было его сегодня, – пожал плечами Шон. – И ночью в воскресенье тоже. Со смены в субботу я его не видел.
– Слушай, ну ты ведь с ним долго работаешь, да? – моя настойчивость могла выглядеть подозрительно, но сейчас это заботило меня мало. – Вот куда он идет, когда ему, ну… плохо?
– Домой, – криво улыбнулся парень.
Усмешка Шона была мне не понятна, но не верить его словам было бессмысленно.
С точки зрения трат на такси, это утро выходило просто золотым.
Мне повезло, что я хорошо знал свой город и домашний адрес Джереми находился в одном из центральных районов, где запутаться не представлялось возможным. Не в пример спальнику, в котором мы когда-то снимали квартиру с Иви.
Попасть в подъезд не составило труда. Люди все еще направлялись на работу как бы посменно: теперь был черед тех трудяг, что должны были быть на месте к десяти.
Проскочив в лифт, я нажал нужную кнопку, и уже через пару минут шел по коридору прямиком к квартире Оуэна. Последний шаг. Вдох.
И я позвонил в дверь.
Ответом мне стала полная тишина, но я не спешил обманываться этим, как и в случае с клубом. И, почти сразу, позвонил еще раз.
Все так же, за дверью – ни звука.
Не тая надежд на то, что мистер О потрудился вытащить меня из черного списка, я вновь набрал его номер. В конце концов, на модели его телефона звонок от игнорируемого пользователя все равно проходил. Просто-напросто был подсвечен как «нежелательный вызов». Чувствуя себя глупо, я прислонился ухом к двери. Если будет звонок, я его точно услышу. У него была не настолько большая квартира, и этот точечный звук в полной тишине не потеряется.
Но ничего не было слышно.
Нажав отбой, я позвонил в квартиру еще раз и теперь, наконец, услышал ответ. Правда, не от Джереми, а от Лютера. Он недовольно мяукал и, как я мог догадаться, скреб дверь с обратной стороны.
Нет, Шон ошибся – моего бывшего заказчика дома не было.
– Ха, чего, увольняться надумал?
Голос Боба звучал в трубке довольно бодро для утреннего времени. Он, не смущаясь, хлебал что-то горячее и посмеивался. Никогда бы не подумал, что предположение о том, что хочу уйти из «ESCAPE» могло его так порадовать.
– Эм, нет… – слегка растерялся я. – А что, пора?
– Да мне почем знать, – снова гоготнул босс. – Твой этот уже предлагал забрать тебя в свой развратник.
– Я по поводу него и звоню, – выдохнул я. – Он же ваш друг, верно?
– Ну, пиво вместе пили. А чего?
– Мой вопрос может показаться вам странным… – сочинять толстяку на ходу так же гладко, как в случае с Джией, у меня не получалось, – но мне очень нужно кое-что ему сообщить. Скажем так, это прям горит, но способов связаться у меня нет. Я пытаюсь понять, где он может быть, если не дома и не на работе?
– Ну, мне же позвонил? – Боб снова что-то отпил. – Номер, что ли, удалил? Поругались?
– Да нет же!
Звонок владельцу квест-клуба по такому поводу был для меня чем-то из ряда вон. Но, к сожалению, совсем недавно мне довелось узнать, что именно с этого человека и началось плетение нити мистера О, а потому не опросить его при поисках было бы странно.
– Просто скажите, пожалуйста, знаете ли вы, где он? – уже практически жалобно произнес я. – Может быть, вы говорили с ним тогда, пару дней назад, и он сообщил что-то?
– Да что же он мне – дамочка? С чего бы мне так активно интересоваться его досугом? Понятия не имею! – лениво проговорил начальник, наконец перестав хихикать. – Хочешь найти такого, как О, ищи в самых абсурдных для нормального человека местах, все, что тебе скажу. Такой, как он, и в шестьдесят будет по сомнительным локациям ползать.
Меня осенило.
Что, если Шон вовсе не ошибался, а, наоборот, изначально дал мне абсолютно верную наводку?
– Простите за беспокойство! – быстро выпалил я. – И большое спасибо!
– Давай, малахольный, – бросил мне на прощание мужчина.
МёрМёр встретил меня все тем же крайне упадническим, мрачным видом, который отталкивал обывателя за версту.
Я не был здесь слишком долго для того, чтобы в действительности соскучиться по этому месту. Да и возможно ли было вообще испытывать подобные чувства к дому, в котором грань между добром и злом стиралась усилиями жестокой судьбы и вереницей ошибок, что так старательно, пару столетий назад, совершал его сломленный и травмированный хозяин?
