— Дело было, дети мои, так. У нашего многодетного председателя есть младшенькая дочка. Зовут ее Ленвлада. Это имя образовано от сокращения «Ленин Владимир». Другие дети у него носят обыкновенные русские имена, а тут его, видать, бес попутал. А жена его заставляет крестить всех детей. Алешке и Танечке-то я обряд провел. Но когда дошла очередь до Ленвлады, предложил окрестить ее именем Елена. Братец сразу запыхтел, заворчал, мол, не пожертвует своими коммунистическими убеждениями из-за какого-то поповского ритуала. Я и отказался. Так и была его дочка несколько лет некрещеной. А в какой-то момент, видать, жена сильно насела и заставила его во что бы то ни стало ребенка окрестить. Но Серега — человек упертый, если ему что в голову взбредет, то не вышибешь. «Нарекай, — говорит, — так, как я решил, и баста!». Я пытался вразумить его, но он — ни в какую. И тогда я говорю: «Вот ты, Сережа, не веришь ни в Бога, ни в черта, да? Выходит, и в душу бессмертную не веришь». Он мне: «Не верю». «А раз так, — говорю, — продай мне свою душу, тогда я твою девочку окрещу любым именем, каким хочешь». И знаете что? Он согласился!
— Ничего себе! — присвистнул Луцык.
— То-то и оно! — служитель культа погладил бородку. — Натурально, написал мне расписку. Мол, продаю свою душу отцу Иоанну за то, что он окрестит мою дочь, и так далее…
— И вы, значит, окрестили Ленвладу?
— Окрестил.
— Следовательно, нарушили церковные правила.
— Нарушил.
— Да еще и спровоцировали родного брата на продажу бессмертной души.
— Спровоцировал.
— А теперь его за это корите. Стыдно, отец Иоанн! Стыдно! Вы же братья!
— Я просто хотел его проучить!
— Получилось?
— Не очень.
Лицо священника покраснело. Кажется, ему и вправду стало стыдно.
— Вам нужно помириться, — сказала Джей.
— А нам нужен новый басист. Вернее, вам, — парировал Кабан.
— Мириться я не буду, — заявил отец Иоанн.
— Не по-христиански как-то, — заметила Джей.
— Знаю. Но это выше моих сил.
Луцык решил перевести разговор в конструктивное русло:
— Ваши семейные проблемы — это только ваше дело, нам туда лезть некорректно. Но у нас стоит на повестке дня крайне актуальный вопрос. Мы нуждаемся в басисте, как земля в дожде во время засухи. Других кандидатур, кроме вашего брата, отец Иоанн, на текущий момент просто нет. Так что придется обращаться к нему с просьбой нам помочь. Но при этом вам обоим придется, хотя бы на время концерта, зарыть топор войны.
— Сын мой, в ваших словах звучит мудрость.
— Значит, вы согласены?
— Поскольку это требуется для дела, да. Людям нужен праздник, и я не в праве… — отец Иоанн безмолвно зашевелил губами, ища подходящее слово.
— Не в праве ломать им кайф? — предложила Джей.
— Грубовато звучит, но посыл верный.
Председателя они нашли в зомбюшне беседующим с горбуном Игорем, «зомбонюхом», как остроумно назвала его профессию Джей.
— Нам обязательно нужны еще пять зомби, — говорил Лаптев.
— И где я их возьму? — разводил руками собеседник.
— Слушай, а зомби, они… они вообще размножаются?
— Как люди — нет.
— Что же делать-то? Предстоит большое строительство, а рабочих рук маловато.
— В этом я тебе не советчик. Ты у нас председатель, ты главный — вот ты и думай. А мое дело маленькое.
Увидев делегацию музыкантов, Лаптев хмуро взглянул на них и спросил:
— С чем пожаловали?
— Дельце есть одно, — сказал Луцык.
— Выкладывай.
Предложение восторга не вызвало. Но тут весомый аргумент добавила Джей, категорически заявив, что иначе никакого концерта не будет и коммунары лишатся праздника. Возражать против такого довода он не решился и, скрепя сердце, согласился. Но не на примирение с братом.
— Главное, что концерт состоится, — резюмировала Джей.
— Под каким названием выступать будем? — поинтересовался Лаптев.
— «Изгои», — само вылетело из Луцыка.
— А может быть, как-нибудь повеселее?
— Например?
— «Заветы Ильича».
— Нет, не годится для названия. Не звучит.
— Тогда «Красные звезды».
— Такая группа уже есть. Вернее, была. В Минске.
— «Вестник бури»?
— Слишком пафосно.
— «Дети Маяковки»?
— Полная пошлятина!
— А если «Даздраперма»?
— Как?
— Это аббревиатура. Да здравствует Первое мая означает.
— Звучит как-то… по-порнушному.
— Ладно, пусть будут «Изгои».
— Когда придешь на репетицию?
— Скоро.
— А поточнее?
— Очень скоро.
Лаптев и в самом деле не заставил себя ждать. Учитывая занимаемую им должность и количество дел, требующих его внимания, можно сказать, что пришел он практически сразу после их разговора. На спине председатель нес большой бежевый рюкзак.
— Отвлекаете, понимаешь ли, меня от дел, — проворчал он, едва переступив порог.
— Так мы же не по своей воле ввязались в этот блудняк, — напомнил Луцык.
— Кто, интересно, попросил нас сыграть живой концерт, а на подготовку отвел один день? — риторически осведомилась Джей.
— Может, начнем репетировать? — внес деловое предложение Кабан. — Времени-то до выступления с каждой минутой остается все меньше.
— Ладно, ладно, все сделаем как надо, не бойтесь. Вы вот лучше сперва перекусите, — и новый басист развязал рюкзак.
