— Тогда дуй ко мне домой, жене скажи, я велел выдать тебе гвоздей.
Флинт прищурил единственный глаз.
— И все-таки чем вы тут занимаетесь?
— Разгадываем шарады! — наугад брякнул Луцык.
— Ух ты, здорово! А можно и мне с вами?
— Нельзя! — повысил голос председатель. — Иди давай отсюда… за гвоздями!
Когда чернокожий ушел, противники опять встали в стойку, но начать бой им не дали. На сей раз в дверях показался повар дядя Франк, который не отличился оригинальностью:
— Чем это вы тут занимаетесь?
— Разгадываем шарады, — решил не менять легенду тот, кто ее придумал.
Кулинар не стал просить принять его в компанию, а просто кивнул и перешел к делу:
— Мука нужна, Сергей Леонович.
— Я же тебе вчера два мешка выдал! — сказал председатель.
— Она ржаная, а мне нужна пшеничная. Немного. Буквально две горсточки.
— На складе был?
— Был.
— И там нету?
— Потому и пришел к тебе.
— А в амбар заглянуть не судьба?
— Вот черт! — дядя Франк звонко хлопнул себя ладонью по лбу. — Совсем из башки вылетело! Прости, что отвлек от… Что вы делали?
— Отгадывали шарады, — повторил Луцык.
— Ну да, именно это я и хотел сказать. Ну ладно, пока.
Но вслед за этим просителем тут же появился следующий — доктор Кеворкян:
— Чем это вы тут занимаетесь?
— Играем в шарады! — хохотнул Луцык.
— Это как? — спросил доктор Кеворкян.
— Дело тут обстоит следующим образом, — взялся объяснять придумщик. — Шарады — это игра, которая подходит для всех возрастов. Суть ее в том, что один человек только жестами показывает какое-то слово или фразу, а остальные должны понять, о чем идет речь.
— И тот, который показывает, не может произнести ни слова, да?
— Ни единого, — подтвердил Луцык.
— Интересно. В первый раз о такой игре слышу.
— Зачем явился? — влез Лаптев.
— Так это… Известка мне нужна.
— На складе ты был, но там ее нету, и ты решил обратиться ко мне. Так?
— Так.
— Вы что, сговорились все сегодня?
— Я лично ни с кем не сговаривался. Мне просто нужна известка.
— Так поищи.
— Где?
— Где-нибудь! Все, иди отсюда. Нам нужно репетировать.
Посетитель открыл рот, чтобы что-то сказать, но встретив взгляд председателя, счел за благо промолчать, пожал плечами и удалился.
— Продолжим! — Лаптев вновь встал наизготовку.
Но его соперник был расслаблен и безмятежен и насвистывал под нос какой-то веселенький мотивчик:
— А смысл? Нас опять прервут в самый важный момент.
— Не прервут, — возразил Лаптев.
— Прервут. Я это чую.
— На тебя снизошло какое-то божественное озарение, да?
— Просто чутье.
— Не паясничай! Дерись, как мужчина, или…
И тут их прервали, чутье отца Иоанна оказалось право. Нарушителями пространства стали сразу трое: техник Майкл, дочь кузнеца Ванда и, собственно, сам кузнец.
— Мы тут в шарады играем! — предупреждая неизбежный вопрос, сказал Луцык.
— Чего? — уставился на него кузнец.
— Говорю, в шарады играем. Один человек только жестами показывает какое-то слово или фразу, а остальные должны понять, о чем идет речь. Показывающий не может произносить ни слова. Например, что это? Точнее… кто? — сказав это, Луцык поднял над головой два скрюченных пальца.
— Корова, — ответил кузнец.
— Верно! А это кто? — и Луцык при помощи указательного пальца сделал нос пятачком.
— Свинья. Сергей Леонтович, что это с ним?
— Новоприбывший немного перегрелся на солнце, — прокомментировал Лаптев. — К тому же у него умерла подруга и от этого он испытывает стресс. Так что иногда он произносит странные речи, не обращайте внимания. Вы зачем пожаловали?
Отец Ванды сделал шаг вперед:
— Дочку замуж выдаю. Пришел просить благословения у отца Иоанна.
— Как это мило! Поздравляю! — Джей радостно захлопала в ладоши.
Председатель же состроил такое лицо, словно в него швырнули лопату навоза:
— И вы, значит, в религию подались…
— Да, дорожку к Богу вот протаптываем помаленьку… Идем в царство Божие, души спасаем наши грешные.
— Лучше бы ты бухать бросил.
— Обязательно брошу! Я уже на пути к выздоровлению! И Бог в этом мне помогает.
— Да? А тебя вчера опять вусмерть пьяным видели.
— Поклеп! Не пил я!
— А говорят, что пил.
— Говорят, что кур доят, а я вчера весь день был в праведных трудах.
— Сказки не рассказывай, — буркнул руководитель коммуны и обратился к брату. — Что стоишь, к тебе вон люди пришли. Благословляй.
Отец Иоанн довольно погладил бороду, осенил жениха и невесту крестным знамением и произнес:
— Благословляю вас на долгую и счастливую семейную жизнь.
Молодые перекрестились и поочередно поцеловали ему руку. То же сделал и кузнец.
— Все? Закончили? Или будут еще просьбы? — раздраженно спросил председатель.
— Не будет.
— Тогда покиньте помещение. У нас тут дела.
— Ну что, продолжим бой, — предложил Левша, когда благословленные со счастливыми улыбками удалились.
— Нет, не продолжим, — твердо заявил Лаптев.
— Чтобы больше никто не мешал, можем дверь забаррикадировать.
— Обойдемся без баррикад. Репетировать надо. Мы и так кучу времени потеряли, — он почесал кулак и прищурился, глядя на соперника. — Только не думай, что я струсил. Закончим завтра после праздника. Будем драться по-настоящему, на кулаках.
— Идет, — ответил отец Иоанн.
