Мы оказались на лестничной площадке. Томас открыл дверь, и мы попали в темную, очень темную комнату: черные стены, все окутано мраком, и только слабый свет струился из окна. Хотя доверять зрению сейчас точно не стоило. У стены слева от входа расположился письменный стол, а справа стоял большой шкаф из темного дерева.
– Где мы?
Томас подвел меня к огромной кровати, заставил лечь и накрыл пледом.
– В моей комнате. Можешь расслабиться.
О боже! Нет! Эта кровать повидала больше вагин, чем акушерка на пенсии.
– Мне надо вниз! – воскликнула я и попыталась встать.
– Что ты хочешь сделать? – переспросил Томас, смущаясь и забавляясь одновременно.
– Спуститься. Срочно, – я перекатилась на матрасе и оказалась лицом вниз на ковре. – Ой!
Томас захохотал. Обычная Ванесса смутилась бы, но нынешняя была слишком пьяна. Я снова попыталась подняться и вдруг почувствовала, как что-то внутри меня шевелится.
– Томас… – позвала я, но он был слишком занят смехом. – Томас! – крикнула я громче.
– Что с тобой?
Я поднесла руку к животу.
– Кажется, меня сейчас…
Он моргнул.
– О черт, нет.
Томас потащил меня в ванную. Да, у него в комнате есть ванная. Едва я успела присесть на корточки перед унитазом, как меня вырвало. Томас устроился на полу и наслаждался шоу в первом ряду. Завтра, когда проснусь, я выкопаю себе самую глубокую могилу… Но это будет завтра, а пока я обнимала унитаз, а Томас придерживал мои волосы.
Сплюнув последний раз, я вытерла слезы и посмотрела на свои ладони – они почернели от туши. Сколько же Тиффани нанесла ее на мои ресницы? Боже, что сейчас видит Томас? Отвратительное зрелище!
Пошатываясь, я дошла до раковины, помыла руки, ополоснула лицо.
– Обещай, что никому не расскажешь.
– Это будет первое, что я сделаю, когда завтра проснусь, – усмехнулся Томас.
– Клянусь, я убью тебя.
Я бросилась на него, но схватить не смогла – желудок потребовал второй раунд очищения.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я почувствовала себя немного лучше. Правда, пахло от меня жутко, но Томас не выказывал отвращения. Он не оставлял меня в ванной одну ни на минуту, и теперь меня переполняли одновременно благодарность и стыд.
Я оторвалась от унитаза, села на пол, прислонилась к душевой кабине и прижала колени к груди.
– Прости, – пробормотала я, глядя в потолок.
– За что?
За Трэвиса, за то, что он сделал с твоей сестрой, за боль и унижение, которые причинил тебе. За то, что не поняла все раньше; за то, что сомневалась в тебе; за то, что испортила вечер; за то, что заставила смотреть на это. Много за что хотелось извиниться, но вслух я сказала коротко:
– За все. Мне так стыдно, Томас.
Он присел рядом со мной, убрал прядь моих волос за ухо, провел пальцами от подбородка к виску и обратно. Я прикрыла глаза от теплого, нежного прикосновения.
– Со всеми бывает.
В который раз на глаза навернулись слезы, я взяла его руку, задержавшуюся на моей щеке, и крепко сжала, чтобы показать, как благодарна. Правда благодарна. Мы замерли в таком положении на несколько секунд. Тишину прервала я:
– От меня воняет.
– Очень.
Томас улыбнулся, и я тоже.
– Можно я приму душ?
Он кивнул и встал.
– Я пока найду, во что тебе переодеться на ночь.
– На ночь?..
– Да, учитывая твое состояние, тебе лучше остаться здесь.
Действие алкоголя уже ослабло, но голова кружилась, и моя одежда, вернее, одежда Тиффани, была неизвестно где. Как я доберусь до дома? Единственный разумный выбор – остаться. Томас прав.
Я вздохнула:
– Хорошо, но мы не будем спать вместе.
– Это не входило в мои планы.
– Ох…
Вопреки здравому смыслу, я почувствовала разочарование. Ну конечно, окружающие меня парни предпочитают спать с другими девушками, а не со мной.
Томас будто услышал мои мысли и подмигнул:
– Если только ты этого не хочешь.
– Нет. Не хочу.
Потому что я не хочу, не так ли?
– Договорились.
– Где ты будешь спать?
Томас открыл дверь ванной и кивнул на диван под окном, недалеко от кровати.
– Если что, я без проблем сама там лягу. Ты и так слишком много для меня сделал, – я собрала волосы в хвост.
– Меня не пугает диван, а тебе нужно отдохнуть.
Томас взял с кровати подушку и положил на подлокотник. Я хотела обнять его, поблагодарить за все, но побоялась, что он не оценит, поэтому поспешила в душ.
Когда я оттуда вышла, в комнате никого не было. Видимо, Томас вернулся на вечеринку. На кровати лежала черная мешковатая футболка: она была мягкой, пахла ветивером и табаком и доходила мне до колен.
Я скользнула под одеяло и уставилась в черный потолок. Какой здравомыслящий человек будет так красить стены спальни? Может, серийный убийца?
Из раздумий вывел звук ключа в замочной скважине. Я резко села и вцепилась в одеяло. Меня охватила паника: я одна в комнате, куда может зайти любой парень. Пульс участился, я с трудом сглотнула и поискала взглядом, чем бы защититься, но ничего подходящего не нашла.
Дверь тем временем медленно открылась. От легкого скрипа петель по коже побежали мурашки, но, увидев, кто вошел, я выдохнула.
– О боже, это ты.
– Кто же еще? – подмигнул Томас, закрывая дверь на ключ. В руках он держал бутылочку воды.
