Пойти спать? Время только половина восьмого – все равно ведь не усну. Последний раз так рано ложилась лет в семь. Может, хоть попробовать? Парочка лишних часов сна точно пойдет на пользу.
Я уставилась в потолок и стала ждать Морфея, но беспокойные мысли прогоняли сон, не давали расслабиться.
Меньше чем за неделю моя жизнь полностью изменилась. Сегодня я могла поехать с Трэвисом на концерт в Олбани и петь там до хрипоты, а вместо этого ворочаюсь в постели в поисках удобного положения и пытаюсь выбросить из головы Томаса.
Рядом с ним я была растеряна, и в то же время мне было как никогда хорошо. Я считала нашу ночь ошибкой, но совсем не по тем причинам, о которых подумал Томас: между нами возникла связь. А какой здравомыслящий человек захочет связываться с Томасом Коллинзом?
Как бы ни старалась, разум отказывался стирать воспоминания о прикосновении его губ к моим; о теплоте рук, ласкающих мое тело; о мягкости волос, аромате духов и о том, как он произносил мое имя, заставляя сердце биться быстрее.
Я оттолкнула ногами одеяло и спустилась в кухню. Раз не получилось заснуть, устрою марафон «Бесстыжих» с попкорном и колой под флисовым пледом.
Спустя несколько серий татуированный гомункул все еще не выходил из головы. Я то и дело проверяла телефон в надежде получить от него сообщение, хотя знала, что оно не придет, потому что у Томаса нет моего номера. Да и зачем ему писать мне? Особенно после того, что я ему наговорила…
Черт. Хватит. Пора признать: я хочу увидеть Томаса.
От осознания этого факта меня охватила такая эйфория, что я без раздумий выскочила из дома. К счастью, мама оставила машину. Спасибо!
Через пятнадцать минут я уже расспрашивала студентов в холле общежития, не знают ли они номер комнаты Томаса. Их неприкрытые мысли: «Еще одна девчонка собралась развлечься» – старалась просто не замечать.
На четвертом этаже у двери D37 я замерла. Хватит ли мне смелости? Желудок скрутило узлом, беспокойство пожирало изнутри. Что, если Томас не захочет меня видеть? В нашу последнюю встречу я накричала на него, приказала ему оставить меня в покое. Что, если Томас решит, что у меня биполярное расстройство? Хуже, чем у него. И я снова в пижаме… Вылетела из дома так быстро, что не успела переодеться. Но в этот раз на мне хотя бы пальто до колен. Сумасшедшая – вот что Томас подумает обо мне.
Я сделала глубокий вдох и тихонько постучала. Прошло немного времени, но никто не открыл. Пришлось постучать громче. Наконец за дверью послышались шаги, и мое сердцебиение участилось.
Передо мной предстал невысокий парень, под мышкой он держал чипсы. Это точно был не Томас.
– П-привет, – я робко помахала рукой.
– Его здесь нет, – раздраженно буркнул парень, хрустя чипсами.
– Что, простите?
– Ты ищешь Томаса? Вы все ищете Томаса! Но его здесь нет. Он не бывает здесь по выходным.
Точно! Сегодня же воскресенье. Томас говорил, что проводит выходные в братстве. От этой мысли мне стало плохо. Неужели он сейчас с какой-нибудь девушкой? Прижимается к Шане или другой студентке, красивее и опытнее меня. Какая же я глупая. Это знак. Томас Коллинз не станет частью моей жизни: ни сейчас, ни когда-либо еще. Мне нужно уйти. Срочно!
– А, эм-м… извини за беспокойство.
Я развернулась и шагнула прочь, но парень остановил меня:
– Разве ты не хочешь, чтобы я передал Томасу, что ты заходила?
– Что?
Он откинул прядь каштановых волос со лба и повторил:
– Если назовешь имя, я оставлю ему записку, что ты его искала, – он облизнул пальцы.
Стоит ли сказать, что крошки у него еще и в волосах?
– Не стоит. Спасибо. Лучше сделай одолжение: не говори, что я заходила. Прости, если отвлекла…
– Я смотрел «Стальную тревогу».
– Круто… – я сделала вид, что поняла, о чем речь. – Еще раз извини.
Странный он, конечно.
В машине я отправила маме сообщение с просьбой привезти двойную порцию фисташкового мороженого с шоколадным сиропом и сливками. Я бы и сама его купила, но впопыхах забыла кошелек. В ответ мама прислала одобряющий смайлик. Здорово. Мне необходим максимум калорий, чтобы заглушить чувство стыда от унижения, которое я только что испытала.
Всего за два дня я узнала об измене Трэвиса, бросила его, переспала с Томасом и бросила уже его. Не то чтобы между нами было что-то серьезное, но… Пожалуй, двойной порции может не хватить. Я написала маме, чтобы она купила целую ванну мороженого.
Дома я скинула пальто, беспорядочно завязала волосы и схватила iPod. Хотелось раствориться в музыке, затопить ею боль. Я просмотрела один из своих плейлистов под названием «Лечебное», выключила везде свет и устроилась на диване.
В наушниках зазвучала «Со мной» группы Sum 41, за ней – «Эхо» Джейсона Уолкера. Под следующую серию пронзительных композиций я снова принялась размышлять о том, в какой беспорядок превратилась моя жизнь.
И тут в дверь позвонили.
Ура! Прибыла моя ванна фисташкового удовольствия.
В наушниках я отправилась к двери, не глядя открыла ее, переключила трек и хотела уже вернуться на диван, но вдруг кожей ощутила, что на меня кто-то смотрит. Я подняла глаза и…
Боже милостивый! Он здесь!
