Ириалана из рода Миртен была единогласно признана сотниками самой красивой и желанной девушкой во всём Амэне. Было ли это действительно так, Олдеру лишь предстояло узнать, а вот о Дейлоке Миртене он был наслышан. Опытный царедворец – скорее хитрый, чем умный, изворотливый, как уж, он уже много лет оставался в фаворе. Ириалана была его единственным ребёнком и наследницей немалого состояния, но хотя уже и достигла девятнадцати лет, все ещё не была обручена – Дейлок никак не мог найти выгодного жениха. В последнее время, правда, ходили слухи о том, что Дейлок Миртен сблизился с Гейбером Суреном – уже пожилым, но сказочно богатым вельможей, бывшим к тому же дальней роднёю Владыки Арвигена… Но это опять же были всего лишь слухи… Впрочем, один вывод из них можно было сделать – заполучить Ириалану можно было, лишь склонив на свою сторону её отца, а это было непростой задачей…
Что мог предложить Олдер старому царедворцу?.. Знатность рода? Так отец Олдера был младшей ветвью Остенов… Земли?.. У Дейлока их намного больше… Свой меч и будущее победы?..
Раздумывая, Олдер медленно покачал головой: поступить так, как положено – заручиться поддержкой главы рода Дорина и попросить его вести переговоры со спесивым и самолюбивым Миртеном – Остену мешала гордость… Да и условия спора в этом случае вряд ли бы были соблюдены… А потому, приведя себя в порядок, Олдер отправился не к двоюродному брату, а к всезнающему Иринду…
Старый «карающий», услышав озвученную Олдером просьбу, долго возмущался и вопрошал, на кой ляд Олдеру понадобились раскрашенная кукла и спесивый кабан в качестве тестя? Не лучше ли было, коль уж так приспичило жениться, выбрать в супруги не капризный, избалованный родителем цветок, а скромную, воспитанную в строгости девушку, которая действительно станет хорошей женой и хозяйкой поместья?..
Олдер не стал таиться от бывшего наставника и рассказал ему о своём споре. Результатом этого признания стал новый ворох возмущений и нравоучений, но потом Иринд, в который раз назвав Остена глупцом, всё же рассказал ему всё, что знал о Дейлоке и его связях. Олдер же, выслушав как брань, так и откровения старика с самым смиренным видом, покинул жилище Иринда с чётким осознанием того, что надо делать. Сложившийся в голове Остена план опять был верхом дерзости, но Олдер верил в свою удачу.
…Было уже обеденное время, когда вернувшемуся из твердыни Владыки и теперь разбирающему присланные ему отчеты из имений Дейлоку Миртену доложили о неожиданном визитёре. Если бы не вовремя прозвучавшее «Остен», Дейлок велел бы выпроводить незваного гостя прочь, но с представителями древних, хоть и редко появляющихся при дворе родов следовало считаться, потому Дейлок, со вздохом отодвинув от себя бумаги, велел провести гостя во внутренний сад.
Сам Миртен едва успел спуститься вниз, как в одном из выходящих во внутренний дворик коридоров раздались чёткие, уверенные шаги, а ещё через пару мгновений в сад, отодвинув плечом замершего, чтобы представить гостя, слугу, вошёл молодой воин в куртке «карающих». Судя по нашивкам – сотник. До черноты сожжённый солнцем в походах, высокий и жилистый, но с испоганенной кривыми плечами выправкой…
– Я, Олдер из рода Остенов, рад видеть тебя во здравии, Дейлок Миртен. – Чуть хрипловатый голос просителя – а в том, что сотник явился к нему с какой-то просьбой, Дейлок не сомневался ни на минуту – звучал уверенно и спокойно… Даже слишком уверенно, и Дейлок, буркнув:
– Взаимно… – даже не предложил гостю присесть, а сухо осведомился: – Что тебя сюда привело, Остен?
Сотник чуть склонил голову, пряча в уголках губ усмешку.
– Я слышал, что у тебя, достопочтимый Дейлок, возникли трудности в поисках достойного жениха для твоей прекрасной дочери. Я пришёл разрешить их.
– Что? – От такой наглости Миртен на несколько мгновений онемел… Нет, конечно, всему Амэну известно, что такое Остены. Испокон веков этот древний род жил войной, служа славе и мощи Амэна на ратном поле. Начертанный же на их гербе с коршуном девиз – «во внезапности – победа» – лучше всего пояснял склад характера представителей этого достойного семейства… Но тут, похоже, внезапность перепутали с наглостью…
– О каких затруднениях ты говоришь, Остен? – Оправившись от неожиданности, Миртен поудобнее устроился в кресле и, сложив руки на объёмистом животе – что поделать, чревоугодие было слабостью вельможи, – наградил молодого сотника неприязненным взглядом, который должен был, по замыслу Миртена, несколько умерить пыл гостя… Да не тут-то было. Остен лишь тряхнул головой и сказал, улыбаясь уже в открытую:
– О тех самых, уважаемый Дейлок. Вашей дочери уже девятнадцать. Ещё немного, и она окажется перестарком…
– Не окажется – я уже почти сговорился с Гейбером Суреном, – вновь попытался осадить заявившуюся к нему в дом темноволосую чуму Миртен, но «карающий» даже не подумал сдавать позиции. Более того – пошёл в атаку.
