В том, что так и будет, я полностью уверен. И не потому, что она мне предана, а потому, что я пока не слабак. Напротив, после Изнанки я стал только сильнее. И она это прекрасно ощущает, как, собственно, и все собравшиеся. Вон как все замолкли, подобрались и напряглись.
А ведь сегодня для собравшихся, можно сказать, знаменательный день. Впервые за много лет под крышей этого необычного жилища пристутствуют сразу трое аурингов.
Кивнув Мадлен в ответ, я оглядел зал. Помимо других патриархов и матриархов первородных, здесь присутствовало еще несколько истинных. Четыре кресла пустовали. Это места для меня, Барсука и ниссе, а также для Селины. Первородные признали ее силу. Теперь льюнари, несмотря на свой юный возраст, является членом совета.
В итоге, учитывая голос Мадлен, у меня пять голосов в большом совете против потенциальных десяти. Хотя у меня есть твердая надежда на голоса Гартала и Сильфены. Итого: семь против восьми. Правда, на самом деле все зависит, прежде всего, от голоса Древника. Если мне удасться убедить именно этого патриарха, считай, победа у меня в кармане.
Пока мы размещались на своих креслах, Люкас и еще один истинный внесли Хельгу и опустили на широкий пень в центре зала.
Когда мои люди вышли, лоза, оплетавшая тело Хельги, вспыхнула золотом и соединилась с корнями, отделившимися от пола. Таким образом девушка оказалась в сидячем положении.
Я кивнул Селине, та бережно провела ладошкой по лбу Хельги и молча двинулась к своему креслу. Спустя несколько мгновений глаза девушки распахнулись, зрачки слегка расширились, лицо побледнело. Она метнула ничего не понимающий взгляд кругом.
По мере того, как она всматривалась в лица собравшихся, ее глаза расширялись. Рот слегка приоткрылся. Я при этом немного подался назад, и моя голова оказалась в тени. Судя по мельком брошенному взгляду в мою сторону, Хельга меня не узнала или, вернее сказать, не рассмотрела.
Ей и без меня было на что подивиться. Похоже, девушка до сегодняшнего дня не имела контактов с первородными. Вон как на Древника таращится. Словно увидела ожившую картинку из древних рукописей.
Но необходимо отдать должное Хельге, она довольно быстро взяла себя в руки и тут же задёргалась. Магическая лоза мгновенно отреагировала на ее попытки и сильнее сжалась вокруг тела.
Тогда Хельга, к моему удовольствию, воспользовалась недавно полученной силой. В магические ветви впилось несколько золотистых щупалец, возникших из тела девушки. Феноменальная реакция на критическую ситуацию. А ведь Хельга еще минуту назад была без сознания. Могу только поаплодировать ее наставнику, кем бы он ни был, учил он свою подопечную на совесть.
Лицо Хельги скривилось в злой гримасе. Полупрозрачные щупальца ее золотого паразита натолкнулись на более сильную магию. Ветви лозы в местах соприкосновения с магией Хельги поменяли цвет на темно-янтарный. Контратаки не последовало. Лишь защита. Молодой паразит это понял и нехотя отступил, признавая старшего.
Все-таки у Хельги было очень мало времени на адаптацию и окончательного слияния еще не произошло. Но уже сейчас она показывала великолепные результаты. И это после одного единственного погружения в Изнанку. Барсук, который все еще кормил своего паразита моими крудами, наблюдал за манипуляциями Хельги с отвисшей челюстью. Да и я, признаться, был впечатлен. Еще недавно сам мало чем отличался от Барсука.
Собравшиеся патриархи и матриархи, кстати, тоже прониклись демонстрацией силы аурингов.
Перестав дергаться, Хельга набычилась и вперила свой острый взгляд в Древника, правильно определив по расположению кресла первородного его главенство. Не кричала, не угрожала, молча ждала.
Тот не заставил себя долго ждать. Постучал своим массивным посохом о пол и шершавым голосом проговорил на вестонском, слегка коверкая слова:
— Большой совет в силе и, как было договорено ранее, готов выслушать обвиняемую.
— Да чего ее слушать! — тут же дернулся на своем кресле мой старый оппонент Брольд из народа энанов. — Только зря тратить время на разговоры. Вина девчонки налицо! Требую ее смерти!
— Поддерживаю! — выкрикнул со своего места старый Хардвик. — Требую смерти!
Старейшина брауни, хоть и имел склочный характер, впрочем, как и все представители этого народа, но с ним у меня в последнее время выстроились неплохие отношения. Правда, сейчас речь шла о безопасности его народа и мести за сородичей.
С разных сторон послышались резкие и злые голоса. Причем патриархи и матриархи высказывались как на вестонском, так и на ведьмачьем.
— Смерти!
— Требуем смерти!
Мои потенциальные союзники пока молчали, и это обнадеживало. Хотят услышать Хельгу, а также мое слово.
Древник указал навершием посоха на Хельгу и произнес:
— Даю слово обвиняемой. Можешь говорить!
Зал постепенно погрузился в тишину. Лишь со стороны старейшины брауни слышалось приглушенное ворчание.
— Пока мне не объяснят, что здесь происходит и по какому праву меня, посланницу конунга Винтервальда, удерживают силой, я отказываюсь что-либо говорить, — жестко произнесла Хельга.
