32-летний поручик С.А. Войтына, служивший у красных в инженерном управлении Московского военного округа, а позднее оказавшийся на белом Юге, также показал, что в Москве, по его впечатлению, Жданов служил подневольно. Войтына вспоминал 18 сентября (1 октября) 1919 г. в Ростове-на-Дону: «У меня с первых же дней знакомства с г[енерал-]м[айором] Ждановым составилось о нем представление как о беспомощном человеке, судьба которого послала ему большое испытание. Из разговоров и отношений к г[енерал]-м[айору] Жданову со стороны всех служащих я видел, что с ним никто не считался и, несмотря на то, что он, казалось бы, должен был быть большой персоной, — его игнорировали и относились как к малозначащему, отнюдь не влиятельному человеку»[1621]. По мнению свидетеля, «если бы г[енерал-]м[айор] Жданов был единомышленником большевиков, что для меня невероятно, то тогда его положение не было [бы] столь грустным, с ним бы считались и относились подобающе, но на самом деле он и другие офицеры штаба производили на меня жалкое впечатление, были угнетены и службой тяготились; многие, в том числе и генерал-майор Жданов, часто болели»[1622]. Сам Жданов якобы заявлял, что страдал и за себя, и за Россию.
В своем дополнительном показании белым от 16 (29) сентября 1919 г. Жданов отметил, что в январе 1919 г. штабом Московского округа за медлительность работы по формированию частей был недоволен даже председатель РВСР Л. Д. Троцкий, грозивший разогнать штаб в 48 часов, что, как отмечал Жданов, «грозило бедой»[1623]. Впрочем, по выявленным документам РККА негативное отношение Троцкого к Жданову не прослеживается.
Жданов неоднократно обращался к врачу П.О. Грингенбергу в Москве в связи с лечением последствий контузий[1624]. Представленные белому следствию медицинские документы должны были наглядно показать, что активным работником в Красной армии Жданов быть не мог. Впрочем, это противоречило версии и о его активной подпольной работе. На заседании военно-полевого суда в декабре 1919 г. Жданов показал: «Я пробовал освидетельствоваться на предмет освобождения от военной службы, но меня не освободили. Тогда я решил всеми силами вредить советской власти»[1625].
После отъезда Жданова к новому месту службы его должность якобы была упразднена и слита с должностью начальника штаба округа, которую с 11 мая 1919 г. занял бывший Генштаба полковник В.В. Новиков[1626]. В приговоре, вынесенном военно-полевым судом белых, служба Жданова в Московском военном округе была признана несущественной[1627].
По версии Жданова, пиком его подпольной работы стала служба в Астрахани в первой половине 1919 г. 18 января 1919 г. главком Вацетис во второй раз приказал Жданову отправиться в Астрахань. Откладывать отъезд далее было невозможно, и в начале февраля 1919 г. Жданов уехал на Каспийско-Кавказский фронт в Астрахань в распоряжение командовавшего фронтом бывшего Генштаба полковника М.С. Свечникова.
Член РВСР К. А. Мехоношин 25 января 1919 г. потребовал от Н.И. Муралова предложить Жданову на основании телеграммы Троцкого немедленно приготовиться к отъезду на Каспийско-Кавказский фронт для назначения на должность командующего одной из армий[1628]. Фронту требовались специалисты Генерального штаба. Троцкий разрешил Жданову для пользы дела взять на фронт сотрудников. В частности, речь шла об инспекторе артиллерии 3-й армии Жданове, вероятно, родственнике будущего командарма[1629].
Муралов и комиссар округа Е. М. Ярославский сообщали Мехоношину в поезд на Курском вокзале 30 января 1919 г.: «Тов. Жданов работает по организации Красной армии с июля 1918 г. и вошел во все подробности этого вопроса, особенно осложненного усиленной отправкой на фронт рот пополнений как из запас[ных] баталионов, так и [из] дивизий. Поэтому отъезд тов. Жданова в настоящее время сильно затормозит работу округа, так как мы лишаемся специалиста, дававшего нам всегда основанные на продолжительном опыте советы. Кроме того, тов. Жданов является знающим свое дело инструктором по обучению войск округа, войска привыкли к его требованиям, и заменить его в этом деле кем-либо другим мы положительно затрудняемся.
Ввиду изложенного усиленно ходатайствуем об оставлении тов. Жданова на занимаемой им ныне должности. О последующем просим срочно уведомить»[1630]. Подобный документ отнюдь не свидетельствует о том, что перед нами белый подпольщик.
Гражданская война на всех фронтах, где довелось служить Жданову (Нижняя Волга, Северный Кавказ и Украина), отличалась партизанским характером, что существенно облегчало работу агентуры белых в советских штабах. Нелегальной работе благоприятствовали и очевидные военные успехи белых в регионе, который в первой половине 1919 г. был взят войсками Деникина под свой контроль. Способствовала этой работе и череда серьезных реорганизаций, через которую в феврале-марте 1919 г. прошли советские войска Кавказско-Каспийского региона.