Сильнее других не повезло 2-й армии советского Восточного фронта, два командарма которой (Ф.Е. Махин и А.И. Харченко) совершили измену непосредственно на этих должностях, а третий, В.В. Яковлев, позднее. Пять случаев измены связаны с Восточным фронтом, два — с Южным и один — с Западным. Только три случая измены связаны с событиями 1919 г., пять случаев относятся к 1918 г., когда обстановка была более хаотичной.
Не все командармы-изменники производят впечатление порядочных и честных людей. Так, Н.Д. Всеволодова сослуживцы считали человеком корыстолюбивым и мстительным. При этом поражает вопиющее легкомыслие членов РВС 9-й армии в отношении не менее легкомысленного командарма. Члены РВС подозревали, что командующий может бежать к белым, но не сделали ничего для упреждения его дезертирства. Командарм же в своих оперативных решениях о перемещении армии порой исходил из стоимости корма для личной коровы в том или ином пункте[1930].
В Советской России некоторых перебежчиков (Всеволодова, Жданова) считали расстрелянными, хотя это не соответствовало действительности (возможно, такую версию было выгодно озвучивать родственникам, чтобы избежать преследований, и в пропагандистских целях командованию). Тем не менее судьбы большинства высокопоставленных изменников сложились неблагополучно. Трое из них погибли насильственной смертью в связи со своими действиями в Гражданскую войну, один по этой же причине скончался в заключении. Один из изменников был расстрелян в 1930-е гг. Лишь трое умерли, спустя много лет, в эмиграции.
Подлинная история всегда сложнее и многообразнее любых идеологических схем и клише. В полной мере такое наблюдение относится и к героям этой книги. Все высокопоставленные изменники были незаурядными и сложными историческими личностями, противоречивыми, не всегда последовательными, порой менявшими свои взгляды (как, например, противник большевиков эсер Ф. Е. Махин, впоследствии ставший деятельным сторонником коммунистического проекта). Все они интересны и в смысле их участия в Гражданской войне, и в плане персонального опыта, поведения, жизненных исканий. Даже самый далекий из них от фронтового героизма, Всеволодов, стремившийся к личному благополучию и, видимо, избегавший передовой, при глубоком погружении в детали его жизненного пути оказывается интересен, а его воспоминания представляют собой ценнейший источник по истории Гражданской войны и эмиграции. Изучение всей полноты сохранившихся и доступных источников показывает, что поведение изменников было отнюдь не исключительно подлым, как его пытались представить советские историки. Показателен пример Б. П. Богословского, который впоследствии при отступлении белых не бросил раненую жену и, сознавая, что, возможно, будет при пленении казнен, остался с ней до прихода красных, за что и заплатил жизнью.
Герои этой книги, очевидно, не разделяли жизненное кредо своего товарища по службе Генерального штаба бывшего штабс-капитана М.И. Алафузо. Поступив в Красную армию и желая победы белым, этот военный специалист летом 1918 г. в беседе с другим военспецом рассуждал следующим образом: «Не скрою, я сочувствую белым, но никогда не пойду на подлость. Я не хочу вмешиваться в политику. У вас в штабе поработал совсем немного, а уже чувствую, что становлюсь патриотом армии. Обидно, что нас все время бьют. Плохо мы воюем… Я честный офицер русской армии и верен своему слову, а тем более — клятве. Ведь придется же мне присягу у вас принимать?! Не изменю. Понимаете — не изменю! Задача офицера, как сказано в наших уставах, защищать Родину от врагов внешних и внутренних. И этот долг, если я поступил к вам на службу, я выполню честно»[1931]. Это ни в коем случае не упрек в адрес героев книги и не оценка их как непорядочных или нечестных. Тем более что речь идет о непростом и не всегда очевидном выборе в Гражданскую войну, в ситуации значительной неопределенности и порой мучительных исканий, с кем быть, а также о нередко высокой цене того или иного выбора. Алафузо, который был расстрелян в 1937 г., лишь высказал распространенную среди военспецов альтернативную точку зрения на то, как следует себя вести в сложившихся условиях.
Представляют интерес те обобщения, которые делали видные политические и военные деятели рассматриваемой эпохи, как в ходе Гражданской войны, так и в особенности по ее итогам, по вопросу о значении измен военных специалистов.