Любопытны суждения Махина в объемном очерке «Военная мощь России», подготовленном в 1935 г. В частности, он писал: «Временное правительство не смогло создать новую армию на началах, вытекавших из новых идей и воплощавших новый дух страны. Результатом этого явилось дальнейшее углубление революции, закончившееся Брест-Литовским договором… Старая Россия прекратила свое существование. Разгоревшаяся гражданская война продолжила дело ее разрушения»[671]. Другие высказывания Махина еще интереснее: «Мы можем, не впадая в преувеличение, сказать, что никогда начиная со времени Петра Великого в нашей стране не придавалось такого значения армии и никогда страна не приносила для нее таких огромных жертв, как в течение протекшего десятилетия»[672]. По мнению Махина, «чудовищные темпы индустриализации. Продиктованы одной лишь необходимостью обеспечить новую вооруженную силу государства всеми средствами современной техники.»[673] Подводя итог, Махин отметил: «На обширных русских границах стоит новый страж, сменивший старую русскую армию с ее двухсотлетней боевой историей. Задача его остается прежняя: защита целости государства и неприкосновенности его границ. Новому стражу суждено, быть может, в недалеком будущем выполнить свою тяжелую задачу перед страной. Все, для кого отечество не пустой звук, в этот решающий судьбу России момент должны чувствовать себя обязанными сделать все, чтобы новый российский страж мог с честью, присущей великой стране, выполнить свой исторический долг»[674]. Подобный вывод находился в полном противоречии с идеями, которые исповедовала основная масса русской военной эмиграции, стремившаяся в предстоящей войне ради свержения большевистской власти поддержать внешнего врага СССР.
Генерал П.С. Махров высоко ценил аналитику Махина о Красной армии. В частности, он вспоминал: «В декабре 1934 года я получил от Вл. Ив. Лебедева, бывшего морского министра при Временном правительстве две брошюры под заглавием: “Оборонческое движение”. Кроме Лебедева, в этих брошюрах были помещены статьи моего друга Ген[ерального] штаба полковника Федора Евдокимовича [Махина]. Оба автора в своих произведениях стояли на патриотической платформе, считая, что при внешней угрозе со стороны японцев нужно забыть враждебность к советской власти, приняться за изучение советской действительности и готовиться вместе с русским народом защищать свою Родину[675]»[676]. Впрочем, старческие воспоминания Махрова содержат внутренние противоречия и неточности. В другом месте он отметил: «В ноябре 1936 г. я получил 2 книжки “Проблемы” от Вл. Ив. Лебедева. Если мне память не изменяет, то эти брошюры были им и изданы. В них были замечательно содержательные статьи на злобу дня, в том числе и статьи полковника Махина — “Военная мощь России”. Авторы этих статей трезво смотрели на обстановку и давали очень полезный материал, материал совершенно свежий для выводов, суждений об военно-политической обстановке»[677]. Благодаря материалам Махина, Махров имел возможность сделать яркое выступление перед группой оборонцев о состоянии Красной армии.
Махров вспоминал: «В Сербии не было никаких других партий и политических организаций, если не считать представительства Союза земств и городов в лице Генерального штаба полк[овника] Федора Евдокимовича Махина. Он в Белграде от “Земгора” (Союз земств и городов) оказывал материальную помощь главным образом детям и школам русских эмигрантов.
Он мне как-то рассказал, что в Сербском институте для девиц, организованном по образцу Смольного, где учили “и музыке, и пению, и нежностям, и вздохам”, он сделал доклад о необходимости введения в программу практических работ и всевозможных рукоделий, но сочувствия не встретил.
Он жил в Земуне, где собственными руками построил маленький домик. Держался особняком, т. к. и монархисты, и члены Р[усского] общевоинского союза относились к нему враждебно за его “вольномыслие” и за его близость к социалистической группе в Праге»[678].