— Срам развели, — морщится она, не скрывая своего осуждения. — Прямо средь бела дня.
Торопливо выжимаю кнопку закрытия дверей, но они, как назло, еле ползут.
— Завтра весь двор будет судачить о том, что я целовалась с каким-то мужиком в лифте, — качаю головой.
Анна Васильевна — великая сплетница. Те, у кого напрочь отсутствует своя личная жизнь, считают священным долгом облить грязью чужую.
— Забей, — Влад гладит меня по щеке. — Они просто завидуют.
Выходим на моем этаже и, пока я просовываю ключ в замочную скважину, он пристраивается сзади и зарывается носом в мои волосы. Я реагирую мгновенно: вся, прямо с ног до головы, покрываюсь гусиной кожей.
— Заранее извини за беспорядок, — бормочу я, толкая дверь. — Гостей я не ждала…
Однако в следующую секунду замокаю, пораженно остолбенев.
В квартире играет музыка. Мелодичная. Довольно громкая.
Прислушиваюсь, пытаясь понять, что к чему. Я колонку точно не включала. Может, это сделал Мишка? Да, пожалуй, так и есть. Он часто слушает музыку, а потом забывает ее выключить.
— Ого, музыкальное сопровождение, — улыбается Влад. — А говоришь, гостей не ждала.
Он играет бровями, а я не удерживаюсь от смеха.
— Ты думаешь, я это специально для твоего прихода включила?
— Конечно! Это же музло для секса, — подмигивает он. — Стандартный плейлист.
Что?!
Снова напрягаю слух и внезапно осознаю, что музыка и впрямь очень эротическая. Настраивает на нужный лад. Вот только на кой черт моему сыну-подростку такое слушать?!
Господи! А вдруг он не у друга собрался ночевать, а у девочки?!
Пока я перевариваю информацию, Влад вновь прижимается ко мне. Целует в краешек рта, а затем опускает взгляд на грудь и принимается медленно, одну за другой расстегивать пуговицы на моей блузке.
Я вновь вспыхиваю. Легко и быстро, словно спичка. И мысли о возможных похождениях сына тотчас вылетают из головы.
Обвиваю широкие плечи Влада руками и растворяюсь в наших ласках. Сейчас для меня не существует ничего, кроме его нежных губ и сильных ладоней.
Не разрывая поцелуя, мы с Рокотовым перемещаемся в спальню. Скользим по стенам, временами натыкаемся на мебель и тихо смеемся друг другу в губы. Затем Влад подхватывает меня под бедра, очевидно, намереваясь таким образом донести до кровати, но на самом пороге что-то идет не так.
Влад застывает. Его тело каменеет. Напрягается, как натянутая тетива.
Ничего не понимая, оборачиваюсь и вслед за ним теряю дар речи.
Потому что на моей кровати, прямо поверх усыпанного алыми лепестками покрывала, лежит Дима. С зажатой меж зубов розой.
Совершенно обалдевший. И совершенно голый.
Глава 37
— Дима! Твою ж мать! Что здесь происходит?! — верещу я не своим голосом.
Оказывается, раньше я понятия не имела, что такое конфуз. А теперь вот имею. Потому что это единственно подходящее слово для описания текущей ситуации.
Так неловко, что аж под землю провалиться хочется.
Я вишу на шее у Влада, который все еще по инерции поддерживает меня за бедра. А на кровати, в которую мы планировали прямо сейчас завалиться, лежит мой бывший. В чем мать родила.
— Черт! — Дима соскакивает с постели, тщетно пытаясь прикрыть наготу моими подушками. — Я… Я думал, ты будешь одна!
В квартире все еще громыхает музыка, и нам приходится ее перекрикивать.
Спрыгиваю с рук Влада на пол и, на ходу поправляя юбку, торопливо семеню к колонке. Чтобы раз и навсегда ее выключить.
— Я не понимаю! — восклицаю я, когда в комнате наконец воцаряется тишина. — Как ты вообще здесь оказался?! У тебя ведь ключей нет!
— Меня Мишка пустил, — сознается бывший. — Перед тем, как к другу ушел.
Вот же предатель малолетний! Я ему за такое самоуправство уши надеру!
Но это потом. А сейчас надо разобраться с его папашей-кретином.
— И что… Что все это значит?! — развожу руками. — Что за спонтанное стриптиз-шоу?!
Только сейчас замечаю, что свет в комнате приглушен и повсюду горят свечи. Да и лепестки роз буквально повсюду: на кровати, на полу, на комоде. Никогда не замечала за Димой столь откровенной романтики. Неужели он именно так всех своих шлюшек соблазнял?
Бр-р-р… Противно.
Нет, серьезно, я искренне недоумеваю, на что он рассчитывал? Думал, увижу его без трусов и с цветком в зубах и тут же растаю? Прощу измены, не рожденного по его вине ребенка, разрушенный брак и запросто нырну к нему в постель?
Абсурд какой-то.
Дима либо чересчур самоуверен, либо дьявольски глуп. Одно из двух. Хотя… Вполне возможно, и то, и другое одновременно.
— Алин, ты же знаешь, — он переминается с ноги за ногу, — мне без тебя хреново…
— А мне хреново с тобой! Когда ты это наконец поймешь?!
Схватившись за волосы, оглядываюсь на Влада, который стоит, скрестив руки на груди, и молча наблюдает за Диминым спектаклем.
Ох, какой позор! Больше всего перед ним стыдно… Даже не представляю, что бы я ощутила, придя в гости к мужчине, с которым собиралась заняться сексом, и увидев в его кровати обнаженную бывшую жену… Убежала бы, наверное. А потом всплакнула бы где-нибудь в ближайшем туалете.
Все-таки это чертовски унизительно!
