– Что? С чего ты взяла?
– Может, тебе стоит с ним до развода встретиться? Он же упертый, не успокоится, я же его знаю. Лучше тебе переговорить с ним наедине, как он хочет, до того, как станет виден твой живот. Ты же сама не хочешь, чтобы он что-то заподозрил. Давид не отстанет, так что тебе лучше с этим не тянуть.
Зерно истины в словах Иры было. Тем более, что это было правдой, ведь я больше всего на свете хотела отвязаться от него, чтобы он больше не пытался ни связаться со мной, ни встретиться.
Что ж.
Раз условие получения мной развода – это разговор с ним тет-а-тет, лучше сделать это сейчас. Пока моя злоба и обида находятся на самом пике, и я не проявлю слабину.
Я встала с дивана и оставила Иру дальше смотреть кино, а сама пошла в сторону кухни. Не хотелось, чтобы она видела мое лицо при разговоре. Это слишком личное.
Минут пять я не решалась перезвонить, но ждать дольше уже не имело смысла. Перед смертью не надышишься, как говорится.
– Ты звонил? – произнесла я как можно холоднее и равнодушнее.
Он даже по голосу ни в коем случае не должен понять, как мне до сих пор плохо от его предательства. Пусть считает, что всё, что возможно между нами отныне – это лишь безразличие с моей стороны. Даже про мою ненависть он знать не должен, иначе решит, что от ненависти до любви – один шаг. И кто только эту чушь придумал? Наверняка мужчины-изменщики, которые предавали своих жен и хотели получить второй шанс. Вот только я не собираюсь становиться той самой женщиной, которая простит и примет подобные недостатки супруга. Благо, что перед моими глазами навсегда осталось доказательство, о котором никак не забыть.
Даниил. Его сын от моей сестры Ольги.
– Ты перезвонила, – будто бы даже выдохнул Давид по ту сторону трубки и замолчал.
Я слышала лишь его прерывистое дыхание и больше ничего.
Молчание затягивалось, изрядно утомляя. Это трепало мои нервы, что меня раздражало, и я не выдержала, заговорила первой снова.
– Так что ты хотел? Я занята, поэтому говори быстрее, не мямли.
Раньше я не позволяла себе говорить с мужем в таком тоне. Наслушалась всяких психологов из интернета, что если хочешь, чтобы брак был счастливым, никогда нельзя перечить мужу и оскорблять его, действовать только мягко, как кошечка. И к чему это всё привело? Только к моему унижению.
Так что больше никакой ласковой кошечки. Только тигрица с когтями, которыми она готова расцарапать чужую наглую морду.
– Нам нужно встретиться и поговорить с глазу на глаз, – кашлянув, уже более уверенно сказал Давид.
В его голосе снова появились твердые нотки, и я едва не скривилась, понимая, что его очередная маска раскаявшегося человека начинает слетать, являя мне его истинное лицо. Грубого, надменного мужика, который считает, что всё в этом мире должно подчиняться ему. И как же я, такая-растакая, посмела выйти из-под его контроля. Все мои розовые очки слетели, поэтому я понимала, что он думает насчет меня и в каком свете видит. Даже догадалась, почему изменил именно с хабалкой Ольгой.
– Хорошо. Я могу завтра в одиннадцать утра. Адрес позже тебе скину.
– Но в одиннадцать.
– Мне плевать. Мне удобно только это время, – произнесла я безапелляционно, и Давид замолчал, запыхтел в трубку.
Я же ждала его ответ, чувствуя, как внутри меня горит усмешка. Я специально выбрала это время, так как знала, что завтра у него встреча с партнерами компании. Вот только если раньше я бы подстроилась под него, выбрав удобное именно для него время, то сейчас делать этого не собиралась.
Это он хочет встретиться и поговорить со мной. Не я с ним. Так что пусть будет добр идти на уступки и подчиняться. Больше я не обязана плясать под его дудку.
– Хорошо. Я отменю встречу. Жду адрес. Не забудь захватить то, что забрала из дома. Это тебе не игрушки, – сухо сказал он в итоге и первым сбросил звонок.
Я сцепила зубы и едва не заскрежетала ими. Последнее меня просто взбесило, ведь я хотела сделать это первой, показав ему, кто тут главный, но он сделал всё, как обычно.
Я прикрыла глаза и сделала пару вдохов-выдохов, пытаясь успокоиться. Неважно, что он сделал. Главное, что встреча у нас будет там, где я скажу, и тогда, когда я скажу.
Главное, получить развод. А остальное нужно просто потерпеть.
Я прошла к себе в комнату и сунула руку под матрас, где спрятала пистолет.
Никто о нем так и не знал. Опасно, конечно, хранить его там, где живет полицейский, но что делать с оружием, я не знала. В магазине оставалось два патрона, и меня это смущало. Их ведь должно быть больше.
Получается, что пистолет Давиду нужен был отнюдь не для бутафории? Неужели он хочет встречи именно для того, чтобы забрать его? Отдам ли я? Именно он заставляет меня чувствовать себя в безопасности каждый раз, когда я вижу Давида. Ведь тогда он не позволяет себе распускать руки и ведет себя почти, как паинька.
Я долго думала, брать ли пистолет с собой, но в конечном итоге пришла к единственно верному варианту. Скинула Давиду адрес кафе, а наутро, когда подошла к заведению, сразу же заметила его припаркованную машину.
Он приехал раньше меня и уже ждал меня за столиком.