— Почему ты здесь, Джеймс? — спросила Оливия, пытаясь поймать его взгляд.
Ее голос звучал низко и томно. Без сомнения, она пыталась его соблазнить.
— Меня пригласили, — ответил виконт.
Она фыркнула.
— Очевидно. Но почему ты приехал?
Если она сделает еще шаг, Джеймсу придется лезть на стену — скоро пятиться будет некуда.
Явно недовольная его молчанием, Оливия продолжила:
— Ты приехал для меня? Или для Элоди?
— Я приехал для вашего отца, мадам.
Будь проклята вежливость. Это был последний раз, когда Джеймс пытается вести себя как джентльмен рядом с этой женщиной. Еще одна непристойна реплика, и он пошлет ее к черту, где ей самое место.
— Я никогда не забывала нашу ночь, мой виконт, — улыбнулась Оливия.
Он скривился.
— А я никогда не вспоминал о ней, — прошипел он. — И я не «твой». Оставь меня в покое.
С этими словами он вырвался вперед и побежал к лестнице, избавляя себя от присутствия Оливии. Он был готов молиться Господу, чтобы она просто перестала существовать. Почему бы ей не раствориться в воздухе?
Но ее смех последовал за ним — тихий и уверенный. Зловещий. Этот звук ясно давал понять, что просто так от нее не отделаться.
Глава 6
Верный своему слову, отец Элоди не стал выгонять виконта из дома. Но и она была не промах! Следующие два дня она избегала Джеймса с такой ловкостью, которой позавидовали бы и фокусники.
Это было непросто. Как хозяйка дома, она должна была делить с гостями трапезы и обеспечивать их досуг. Да, в первый вечер ей удалось сослаться на головную боль, но так не могло продолжаться вечно.
На третьи сутки Элоди пришлось спуститься и явить себя гостям. День выдался ясным, и она сидел под навесом на лужайке, ожидая обеда, который будет подан на свежем воздухе.
Несколько человек уже крутились у столиков, наслаждаясь напитками и беседой с Изабель. Но Джеймса среди них не было. Может, он наконец пришел в себя и уехал?
Мысль о его отъезде вызвала вспышку внезапной обиды, но Элоди ее проигнорировала. Да и зачем Джеймсу уезжать? Он наверняка захочет насладиться своей победой. К тому же, другие гости находили его присутствие… хм… пикантным? Скандальное прошлое сделало виконта чем-то вроде легенды. Он был обречен стать звездой любого приема, на котором появлялся.
Думая об этом, Элоди еще больше ненавидела своё положение. Всю эту нелепую ситуацию. Но больше всего ее злила она сама. Точнее, на та ее глупая часть, которая заставляла ее искать Джеймса глазами в толпе. А также следила за тем, чтобы нарядиться в лучшее платья.
Хотя, а что в этом такого? Элоди достойна того, чтобы ею восхищались! Пусть Джеймс пожалеет о том, что упустил ее. Он растоптал ее сердце, поглумился над ее любовью, да еще и впутал в этот мерзкий спектакль ее младшую сестру.
Разве Элоди не заслужила хоть какого-то возмездия?
Наконец, Джеймс спустился к обеду. Весь объятый солнцем, словно позолоченный, он улыбнулся другим гостям. Такой легкий, элегантный, хоть и немного небрежный, и такой… безразличный?
Он даже не повернулся, чтобы посмотреть в ее сторону.
Сердце Элоди пропустило удар.
Усилием воли она заставила себя отвернуться и поднять глаза к небу. Нужно срочно вспомнить о том, что ей плевать на него. На его безразличие. Она же не влюблена… О, Слава Богу, она не влюблена в виконта! Ни разу. Какой бардак бы начался, если бы было иначе. Страшно себе представить.
Убедившись в том, что сердце больше не дрогнет, Элоди снова посмотрела на него.
— Он красивый мужчина, не так ли?
Элоди вздрогнула. Голос раздался справа. Господи, будь проклята привычка Оливии так подкрадываться! В детстве она только тем и развлекалась, что пугала сестер до смерти, выскакивая из-за углов.
— О ком ты? — как можно наивнее спросила Элоди.
Как трудно изображать дурочку, когда всё прекрасно понимаешь.
Оливия насмешливо приподняла бровь.
— Ты знаешь, о ком я, — сказала она. — Эли, ты прожигаешь виконта Рочфорда взглядом с первой секунды, как он сюда пришел. Осторожнее, дорогая. Сплетники скажут, что у тебя всё ещё есть к нему чувства.
Это было сказано беззлобно, но Элоди всё равно вспыхнула. Как же хотелось сказать Оливии то же самое… Но она прикусила язык.
— Сплетники могут говорить всё, что захотят, — холодно ответила она. — Не беспокойся, Лив. Присутствие виконта мне ничем не угрожает.
Глаза Оливии сверкнули весельем. Она выглядела так, будто считала Элоди ужасно глупой.
— Любая женщина, на которую Рочфорд нацелится, находится в опасности, — тихо произнесла она. — Он просто такой человек.
Элоди отвернулась, не в силах больше выдерживать взгляд сестры. Интересно, считала ли Оливия, что тоже находится в опасности? Ох, это было ужасно. Она замужняя дама, в конце концов…
Сама Элоди считала недопустимым предавать брачные клятвы, но кто она такая, чтобы судить других? В мире, где властвуют мужчины, женщинам иногда приходится совершать дурные поступки, чтобы добиться счастья.
И всё же представлять Оливию вместе с Джеймсом было невыносимо. Может, Элоди просто злилась, что сестра испытала то, что по праву должно было принадлежать ей?
