– А про что сейчас надо? – такой же шепот и мягкое прикосновение тыльной стороной ладони к чуть шершавой щеке Билла.
– Про то, что мы вместе до самого понедельника. Я же не отпущу тебя. Не смогу!
– И не надо. А еще о чем? – сил достало только на то, чтобы выдохнуть вопрос и закусить губу, потому что только от мыслей об этом становится жарко.
– А еще… – нежные пальцы скользят по затылку, лаская чувствительную, уже чуть влажную кожу, – еще… О чееерт!
– Скажи! – тихо попросил Том, закрыв глаза. – Пожалуйста!
– Хочу тебя… Никогда и никого так не хотел…
Сказать и замереть, чувствуя его сердце под пальцами – пульсирующая в безумном ритме вена.
– Ты сам это сказал, – приоткрытые губы и невозможно к ним не прикоснуться. Но как потом найти силы оторваться? И, может быть, только потому, что у другого хватило ума не ответить?
Билл отодвинулся, чуть смущенно улыбнулся, поведя бровью, оттолкнулся от стола и отошел к окну. Том смотрел на его побелевшие пальцы, впившиеся в подоконник, и сдерживал себя, чтобы не сорваться и не вжаться всем телом в того, кто, как и ты сам, сходит с ума от желания.
«Я обожаю тебя! Господи, где же это чертово такси, Дэвид?» – бьется единственная мысль в голове, и будто в ответ на нее, слышишь:
– Вот, вроде ничего не забыл, – а тут же появляется Дэвид, поправляя очки.
«Нужно убрать это безумное выражение с лица. И нужно попытаться не трахать Билли глазами! О, черт! И нужно сделать вид, что я вменяем…»
– Мы услышим такси, просигналит.
– Думаю, я лучше выйду на крыльцо, – Дэвид пожимает плечами.
– Ну, окей. Пойдем, заодно покурю на улице, – Билли решил, что лучше им с Томом сейчас вдвоем не оставаться.
И мимолетный взгляд Билла: «Жив еще, мальчик мой?» – пряча усмешку, он опустил глаза, закусив губу, чтобы было не очень заметно глупое, глупее некуда, выражение лица.
Потом Том и Дэвид попрощались, пожав руки, и Билл в шутку протянул Тому свою.
– До встречи!
– Идиот, куда собрался! – не выдержал Том, стукнув по руке, Билл засмеялся, накинув куртку, подхватил одну сумку Дэвида и вышел на крыльцо.
– Смешно ему! Балбес! – проворчал Том, представив, что если бы сейчас, по какой-то причине, Биллу пришлось бы уйти, то он, Том – умер бы на месте.
Это было бы невыносимо. Невозможно.
Том взял сигареты и подошел к окну, чувствуя, как чуть штормит от алкоголя, посмотрел на выходивших за ворота парней. Медленно затянулся. Он смотрел на Билла, на его развевающиеся от ветра волосы, на то, как он, загородив зажигалку ладонью, пытается прикурить, и улыбался.
«Я не сплю. Я здесь. Наконец-то – с тобой. Как же я тебя хочу!»
А потом так и смотрел на них, нервно затягиваясь и сглатывая, молясь, чтобы скорее приехало такси. Он заметил, что Билл зябко поводит плечами, старается спрятать руки в карманы джинсов – на улице было не жарко.
«Блядь!»
Билли придержал на груди расстегнутую курточку, которая распахивалась на нем. Еще бы минута – и Том, не выдержав, вышел бы к нему с теплой меховой курткой, которую видел в холле на вешалке. А потом расплылся в улыбке, видя подъехавшее такси.
«Наконец-то!!!»
И с замирающим сердцем смотрел, как Билл помогает погрузить вещи, прощается с Дэвидом, и хлопает по крыше машины ладонью, когда тот оказывается внутри.
«Счастливо, Дэвид!»
Последняя затяжка, взгляд вслед отъезжающей машине, вскинутая рука и неторопливые шаги в сторону дома…
***
Том стоял возле окна кухни, докуривая, прислушиваясь, как Билл зашел в дом, несколько секунд повозился в прихожей, раздеваясь, а потом зашел и остановился у него за спиной. Трюмпер, чувствуя всем своим существом его прожигающий взгляд, замер.
Сердце пульсировало где-то в глотке.
Билл тихонько подошел сзади и обнял. Перехваченное на секунду дыхание, когда вдруг к твоей спине прижимается тот, от кого крышу срывает на счет раз.
– Все! – выдох куда-то чуть выше уха. – Ты – мой…
Теплая рука Тома сжала замерзшие пальцы, стиснувшие рубашку на его груди.
«Твой».
– Замерз? Я уже хотел… – и замолк, проглотив следующее слово.
– Немного… Просто там не было тебя.
«Когда тебя нет – мне холодно…»
На это нечего ответить – горло в тисках… И Том сделал то, что мог – взял его руку и своим дыханием согревал пальцы, целуя их. И не знал, что у НЕГО от этого тоже появляется слабость в коленях.
– Знаешь, что мне Дэвид сказал, Томми? – дрожь в голосе.
Заинтересованный взгляд через плечо.
– Что ты у меня замечательный! – прошептал Билл.
– Правда? – и непонятно, о чем вопрос: о том, что Дэвид сказал или о том, что правда ли он такой замечательный, как некоторые говорят?
– Билл, мы спалились?
– Ага, спалились, – и Уильям коснулся пальцами молнии на рубашке Тома, провел по ней ногтями с легким шорохом, сверху вниз, как будто расстегивая.
«Спалились… Господи, и почему это совершенно меня не волнует?»
- Ты в нем уверен? – вопрос, который понятен Биллу.
- Абсолютно. Он слишком воспитан, чтобы выносить это на публику.
- Ты знаешь, я рад, что познакомился с ним.
- И, наконец, успокоился, да? – вопрос с подколом.
- Да, успокоился, - последняя затяжка, потушенная сигарета, тонкая кисть, перехваченная сильными пальцами.
Дэжа вю…
