А горячее желание разливалось все сильнее, густым потоком по воспаленным венам, сжимая грудь, ударяя в пах. Воздуха не хватало. Том начинал задыхаться от невероятно сильного возбуждения. Резко разорвав цепь их рук, он, не отрываясь от Билла, скинул куртку сначала себя, а затем содрал с плеч Билла пиджак, стащил его вниз по рукам, отбросил куда-то назад и дернул ремень на нем. Слишком велико было желание, копившееся неизвестно сколько, и хотя Том не был пьян, он все равно был опьянен этой ситуацией так же, как и Уильям. И слишком возбужден, чтобы контролировать себя.
Билл понимал - если не остановить, если дать волю окончательно съехавшему от возбуждения мозгу, и его и своему, то это кончится совсем не так, как он хотел всю дорогу от клуба до этой двери. Билла сводило с ума все - эти хаотично расстегивающие его джинсы пальцы, невольно цепляющие, скользящие по возбужденному члену, эти рваные выдохи и стоны Тома ему в рот… Безумно хотелось отдаться ЕМУ, отдаться этому захлестнувшему их сумасшествию и оторваться так, чтобы стало жарко небу. Но по краю этого безумия проходила очень трезвая мысль, что если он не остановит ЭТО сейчас, то через минуту не найдет в себе сил предотвратить даже банальное изнасилование.
И не просто не найдет – сам не захочет остановить, даже если Том начнет его рвать.
А ведь в том, что так и произойдет, сомнений не было.
Все было впервые.
И он не сомневался, что у Тома не будет ни времени, ни возможности понять, что важно иметь при всем этом не только член и согласного на все партнера, а еще и такие банальные вещи, как смазка и хоть немного, но растянутую пальцами задницу.
А без этого… Билли осознавал, что потом они будут об этом жалеть.
Оба.
Нельзя так.
Как бы ни хотелось кинуться в этот омут с головой, послав все к черту.
И он, пересиливая себя, сжал кисти рук Тома, останавливая, отрываясь от его губ.
- Томми, нет! Не так… - судорожно выдохнул, и Том резко замер, касаясь горячим лбом его влажного виска.
- Б*яяяя, - проговорил тихо, чуть отдышавшись, и зашипел. - Твою мать!
Потом медленно поднял голову, тяжело дыша, заглянув в темные глаза Билла, ощутил дрожь его тела, все так же чувствуя сильные пальцы на своих запястьях.
- Прости, я - идиот, я не хотел, - он покачал головой, постепенно приходя в себя, понимая, что на самом деле его понесло.
Билл кивнул и отпустил руки Тома, уже зная, что ничего страшного не произойдет.
- Все хорошо, я понимаю, - на его губах скользнула почти виноватая улыбка, а потом он, положив руку на Томкину шею, притянул его к себе, прикасаясь губами к уху. - Все хорошо, Том. Ты не спеши только, пожалуйста, не спеши… Все будет, я обещаю. Но сейчас… Разреши мне самому… Ты просто заведен не на шутку. Тебе нужно расслабиться. И все будет хорошо. Верь мне, ладно?
Том с закрытыми глазами слушал этот хриплый шепот, теплое дыхание ласкало его, постепенно успокаивая. Потом Билли сам поднял голову Тома, держа ее в ладонях, лаская кончиками пальцев кожу под волосами, ожидая ответа.
- Блядь, Билли, - чувствовалось, что Том смущен своим сумасшедшим порывом, которого он сам испугался - сейчас казалось, что ничего подобного не было и быть не могло. А еще Уильям видел - Том понял, ЧТО он ему предложил.
- Я не знаю... Я же… черт, - Том стиснул зубы, не в силах что-то еще произнести.
- Все хорошо, Том. Я понимаю. Если ты меня остановишь, я пойму. Слышишь?
Том тяжело сглотнул.
- Ты не убежишь? – Билл, тихонько рассмеявшись, просительно смотрел в глаза Тому. Тот отрицательно покачал головой.
- Нет, я же дома, куда мне бежать?
Билл кивнул.
- Да, только я все равно… опасаюсь.
Том обнял Билла за талию и, притянув к себе, прижался к его губам. Нежно. Очень нежно.
- Не убегу, уже нет, - прошептал он, - я хочу быть с тобой.
Билл застонал и, вскинув голову, выдохнул вверх с восторгом:
- ДА!!! Ты сказал это, - и блуждающим счастливым взглядом пожирал блестящие от возбуждения глаза любимого парня. А потом потянулся к его губам. И теперь целовал Тома сам, осторожно и бережно, чувствуя, как тот тает от нежной влаги трепетных губ и горячего языка. А потом, когда его пальцы легли на пояс Тома, на мгновение оторвался и прошептал:
- Позволишь?
Том усмехнулся.
- Помочь?
