— Нет, милый. — Мама ласково погладила отца по руке. — Это, наверное, Кейси. Она обычно забегает после работы.
— Ифа? — позвал из коридора Кев. — Знаю, ты не хочешь со мной разговаривать, но к тебе какая-то женщина.
— Если это очередная гребаная журналистка, мало ей не покажется! — прорычал папа, вскакивая и исчезая за дверью.
Всю неделю нам обрывали телефон местные радиостанции, жадные до горячих новостей репортеры буквально осаждали дом.
Страна у нас маленькая, и пожар вызвал в Корке настоящую сенсацию: о нем даже рассказывали на федеральных каналах. Журналисты были настырны до омерзения. До Кейси дошел слух, что на похороны планировали приехать представители общенациональных новостных агентств. Никакого сочувствия к шестерым детям, потерявшим обоих родителей, пусть даже и паршивых.
Пару минут спустя папа вернулся в сопровождении знакомой блондинки.
— Триш, познакомься. Это Эдель Кавана, — объявил папа, жестом пригласив роскошную гостью к столу.
— Здравствуйте, Триш. — Эдель приветливо улыбнулась маме, после чего повернулась ко мне. В ласковом взгляде читалось сочувствие. — Ифа, милая, ну как ты?
У меня отвисла челюсть. Я пыталась ответить, но слова застревали в горле, а все внимание было приковано к малышу, который держал Эдель за руку.
— О господи. — Я так резко метнулась к нему, что чуть не свалилась со стула. — Шонни!
— И-фа, — пролепетал он, не переставая сосать палец, потом выпустил руку Эдель и засеменил ко мне, вытянув, по обыкновению, слюнявую ладошку. — И-фа.
— Шонни-бу! — Я стиснула его в объятиях, уткнулась в кудрявую макушку и расплакалась под натиском облегчения. — Малыш, ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть.
— О-ии грустит, — залепетал он, касаясь моей щеки. — О-ии скучает И-фа.
Его старательные попытки говорить и явный прогресс в этой области вызвал у меня новый поток слез.
— Умничка, приятель. — Всхлипнув, я зарылась лицом ему в шею и с упоением вдохнула знакомый запах. — Ифа тоже скучает по Джоуи.
— Собственно, об этом я и хотела поговорить, — вклинилась Эдель, устраиваясь на пододвинутом мамой стуле. — Спасибо.
— Кофе?
— Не откажусь, Триш.
— Как они там? — срывающимся от волнения голосом спросила я. — А Джо... — Порывисто вздохнув, я встала и, подхватив Шона на руки, снова села за стол. — С ним... с ним все хорошо?
— Спасибо, Триш. — Эдель взяла протянутую ей чашку обжигающего кофе и снова сосредоточилась на мне. — Даррен, Шаннон, Олли и Тайг неплохо справляются, учитывая обстоятельства. — Она ласково улыбнулась малышу у меня на коленях. — А Шонни у нас вообще сплошное очарование.
— А Джо?
Эдель горестно покачала головой:
— Хуже, чем хотелось бы.
Сердце у меня ушло в пятки.
— Он в ужасном состоянии, — добавила она. (Я крепче обняла Шона, ставшего за долгих четыре дня первым связующим звеном между мной и Джоуи.) — С самого пожара почти не говорит.
— Господи, — пробормотал папа и провел перепачканной машинным маслом ладонью по лицу. — Бедный парень.
— От еды он отказывается. — В интонациях и взгляде Эдель читалась искренняя тревога. — И похоже, совсем не спит, если начистоту. Когда его не выворачивает наизнанку, он часами смотрит в стену.
— Я должна его увидеть, — медленно, с нажимом, с отчаянием произнесла я, чтобы достучаться до женщины, подтолкнуть ее к правильному решению. — Вы не понимаете. Даррен возомнил себя самым умным, а зря. Он не знает своего брата, в отличие от меня. Я знаю Джоуи по-настоящему. И могу помочь. Помочь вывести его из ступора — только пустите к нему.
— Полностью согласна, милая, — огорошила меня Эдель. — Именно поэтому я здесь.
Мои брови поползли вверх.
— Вы согласны?
— Я хотела, чтобы ты приехала в тот же день, — кивнула Эдель. — Уверена, Джоуи очень нуждался в твоей поддержке, но Даррен только что потерял мать, и я не решилась с ним спорить. Он искренне верит, что действует в интересах Джоуи. Совершенно непреклонен. — Она отхлебнула кофе и поставила чашку на стол. — Но по-моему, Джоуи чувствовал бы себя гораздо лучше здесь, в этой кухне.
Ее слова.
Господи, они столько значили для меня в тот миг.
Обволакивали сердце, словно теплые объятия.
— Вы отвезете меня к нему?
Она с печальной улыбкой кивнула.
— Вас ни в коем случае нельзя было разлучать. Я виновата, сделала неверные выводы, но впредь такого не повторится.
Я вскочила со стула прежде, чем Эдель успела договорить.
— Поехали!
— Нет! — выпалил папа. — Я категорически против.
— Тони, — вздохнула мама, — пожалуйста, не...
— Да, я знаю, что парнишка совсем плох, — подавленно перебил папа. — И отдал бы многое, лишь бы он поправился, клянусь, но только не ценой здоровья моей дочери.
— Тони.
— Ифа на пятом месяце беременности. Ей нужен покой, а не лишний стресс.
— Папа, я еду, это не обсуждается.
— Ифа, ради бога! Хоть раз в жизни подумай о себе.
— Я поеду, — повторила я, спустив Шона на пол. — И ни ты, ни Даррен, ни кто-либо другой меня не остановит.
113
ОБРАТНО КО МНЕ, ОБРАТНО К ТЕБЕ
ИФА
Час спустя, когда мы с Эдель и Шоном переступили порог, меня встретил полный дом народу.
