Чувствую, как его прохладные пальцы расстегивают бюстгальтер, и мурашки бегут по мне, вызывая дрожь. Лифчик падает, и на очереди – мои черные кружевные трусики. Он аккуратно снимает их и откладывает в сторону. Закрыв глаза, облизываю пересохшие губы. Чувствую, как его палец медленно движется по моему позвоночнику от шеи до поясницы, и волна возбуждения накрывает меня. Нет! Что со мной? Я не хочу его, он мне противен!.. Сволочь… Неожиданно его руки захватывают мою грудь и крепко сжимают. Он начинает ее массировать, его дыхание обжигает мне шею. Мои коленки бросает в дрожь, я запрокидываю голову назад и сдерживаю стон. Одной рукой он обхватывает грудь, другая начинает блуждать по телу, двигаясь вниз. Его палец проникает в мое сокровенно место, и дыхание его становится прерывистым и тяжелым.
– Ты уже вся мокрая… Такая искушенная и горячая…– он опрокинул меня на диван, приспустил шорты, быстро вошел в меня и начал интенсивно двигать ягодицами. Не было даже намеков на нежность. Ни ласк, ни поцелуев. Он имел меня, как дешевую шлюху, даже не соизволив раздеться, а лишь приспустив штаны. Я ненавижу его!.. Не хотелось себе признаваться, но мне было отвратительно приятно. С большим трудом я сдерживала стоны и движения. Мне хотелось двигаться с ним в такт, но я лежала и сдерживалась, хотя от этого мне было приятнее вдвойне. Он задвигался быстрее и, не удержавшись, я кончила, изогнувшись под ним и выпустив протяжный стон. Он усмехнулся и следом за мной взорвался в экстазе, упав рядом. Закрыв глаза, я мысленно проклинала его. Ничего не понимаю, он вполне симпатичный парень. Неужели, у него нет девушки? И почему он отказался от денег? Вот этого еще мне не хватало. Сейчас заставит с ним жить… И что делать? Мои размышления прервал его невозмутимый голос:
– На сегодня ты свободна. Можешь вызвать такси и ехать домой. Я тебе позвоню, когда ты мне снова понадобишься.
От возмущения я слегка ударила его ногой.
– Я тебе не проститутка! И не позволю так обращаться с собой! – на что он лишь снова усмехнулся и перевернулся на другой бок.
– Не заставляй меня повторять дважды. – он зевнул. – Захлопнешь дверь.
Резко встав, я принялась лихорадочно одеваться. Через пять минут вышла из квартиры, громко хлопнув дверью. Паразит! Сволочь! Грязная тварь!..
Во дворе я ждала такси и соображала, что мне делать дальше. Он что, дурак, отказывается от денег? Зачем ему нужна я? Псих! Точно, псих! Да это же рабство, в прямом смысле этого слова. А если завтра он меня своим друзьям предложит?.. Оооо, Вика, думай, думай… Нужно отыскать флэшку с фотографиями и удалить компромат. Все будет хорошо. Главное успеть, ведь уже через шестнадцать дней начинается мое турне…
Через два дня он позвонил и велел вечером снова прийти к нему. Все повторилось: я разделась, он повалил меня на диван, приспустил штаны и сделал свое грязное животное дело. Лежа на диване, я обратила внимание на письменный стол. На нем стоял ноутбук, в который вставлена флэш-карта.
– Можешь идти, – услышала я усталый голос моего мучителя. Я решила поговорить с ним:
– Может, скажешь хоть, как тебя зовут?
– Это не важно, – он прошел к окну и закурил сигарету.
– Я и сама узнаю, – уверенно заявила я, завернулась в плед и подошла к одной из грамот, висящей на стене и начала читать вслух:
– Так, грамота. Награждается Ольховский Константин Рудольфович, победивший в номинации «Лучшие образовательные материалы» в конкурсе публикаций «Журналисты против коррупции», – я повернулась к нему. – Ольховский? Это ты написал книгу «Хозяин мира»? – он молча курил. – Ты… Я читала, весьма поучительно.
Подошла к следующей грамоте и прочитала уже про себя:
«Почетная грамота союза журналистов за многолетнее плодотворное сотрудничество со средствами массовой информации и активную творческую деятельность».
– Костя, ты интеллигентный и порядочный человек, зачем ты насильно заставляешь меня… приходить сюда? – я приняла плачевный вид, надеясь надавить на жалость.
–Тебе ли говорить о порядочности? – он обернулся и, нахмурившись, продолжил: – Ты со своими дружками ограбила банк. Затем, возможно, ты их убила.
Я разозлилась:
– Тем не менее, ты меня не выдаешь и зовешь к себе, будто других женщин на планете нет. А ты не боишься, что я и тебя прикончу?
– Нет, не боюсь. Тебе пора, я позвоню.
Выругавшись про себя, я оделась и снова выбежала из квартиры.
Мы встречались каждый вечер в течение десяти дней. Я пыталась сблизиться и, кажется, лед тронулся. Мы оба лежали раздетые и тяжело дышали. Я показала, на что способна, и выбила его из сил. Он, как всегда, встал и молча закурил.
– Не выгоняй меня… – попросила я. – Сил нет. Хочу остаться с тобой.
