– Вика, хочу подарить тебе кое-что, – смущенно произнес Костя. Он вытащил из кармана серебряный с позолотой медальон на цепочке. – Святой Пантелеймон. Его подарила мне еще моя бабушка. Береги его, он поможет тебе в трудную минуту.
Я растрогалась и приняла подарок. Костя надел мне его на шею и застегнул. Я чувствовала его печаль и тоску.
Чуть позже мы сели к нему в машину. Серый «Хариер» подходил ему по характеру.
– Вика, достань в бардачке сигареты, – попросил он.
Я открыла бардачок, а в нем увидела маленький красивый букет цветов.
– Костя! Как мило! – носом я уткнулась в букет и вдохнула свежий аромат кустовых розочек и фиалок.
– Вика, ты еще не передумала? Может, отдашь деньги? – серьезно спросил Костя.
– Ни за что! Я только сейчас начала жить, понимаешь? До этого у меня было существование! Мне всего лишь хочется быть счастливой, что в этом плохого? Государство не обеднеет… – я упрямо подняла голову и поджала губы.
– Человек, который думает только о себе и о своих корыстных целях, не может быть счастлив, – спокойно продолжал он. – Если эгоистичные удовольствия – твой смысл в жизни, то жизнь твоя бессмысленна.
Где-то в подсознании я понимала, что он прав, но тяга к богатству сейчас была сильнее. На следующий день лил сильный дождь, сопровождаемый громом и молнией. Это напомнило день моего возвращения в прошлое. Я молилась про себя и просила Бога вернуть меня назад. Костя не звонил. И на мои звонки не отвечал. Со смутным беспокойством я поехала к нему. Но и дверь никто не открывал. Я нервно начала тарабанить.
– Костя! Открой дверь! Ты там?! Открой, пожалуйста! – плохое предчувствие не оставляло меня. Страх съедал буквально съедал душу.
На лестничную площадку вышла пожилая женщина в халате.
– Не нужно так стучать. Увезли его. На «скорой». Ногами вперед. Нет больше нашего Костика, – грустно говорила женщина.– Какой был человек! – она тяжело вздохнула и пошла к себе в квартиру. Я прислонилась к стенке и откинула голову назад. К горлу подкатил ком, и я заплакала. Такой молодой, еще жить и жить… Как так, сегодня есть человек, завтра – нет?.. Костя неожиданно появился в моей жизни и так же неожиданно ушел. Этот строгий костюм я больше не надену никогда…
Позднее, вся промокшая от дождя, я ехала в такси. Прислонив голову к стеклу, смотрела на бьющие капли дождя и грустно вспоминала его последние слова, слова Рескина: «Смотри на каждую утреннюю зарю, как на начало твоей жизни, и на каждый закат солнца, как на конец ее. Пусть каждая из этих кратких жизней будет отмечена каким-нибудь добрым поступком, какой-нибудь победой над собой или приобретенным знанием».
Глава 8
Одесса, сентябрь 2005г. За три месяца я исколесила всю Европу, своими глазами увидела Альпы, Венскую оперу, Колизей, Эйфелеву башню и собор Парижской богоматери в Париже, гондолы в Венеции, колесо обозрения и Биг-Бен в Лондоне, Пражский град, Версальский дворец и многое другое, что раньше могла видеть лишь по телевизору. Впечатления зашкаливали, как у ребенка, которому Дед Мороз подарил то, о чем и не мечталось. Дух захватывало от великолепия и красоты этих непревзойденных мест. Сейчас я остановилась у тетки Оксаны в Одессе, родном городе моей матери. Мама попросила заехать и повидать родственников на Украине. Оксана приняла меня с распростертыми объятиями и обожанием. Жаловалась, что мы с мамой забрались к черту на кулички, и добраться до нас чрезвычайно дорого. Они с мужем Василием жили в районе Большой Фонтан, в двухкомнатной квартире, уютной и благоустроенной. Мне они гостеприимно выделили комнату 6на ближайшие четыре дня, после которых я планировала продолжить путешествие. Мы с мамой купили им подарки, и сейчас Оксана как раз разворачивала сувенир. Деревянная статуя женщины, очень красивая и тонкая работа. Так же я выбрала у нас в Хабаровске на выставке картину художника Германа Палкина «Вера, Надежда, Любовь». Оксана накрыла шикарный стол, и мы душевно сидели под бутылочку вина.
– Ой, Вика, ты уже такая взрослая дивчина. Похожа на отца своего окаянного. Как там мать твоя, Катерина?
– Все у нас хорошо, тетя Оксана.
– Помню Катерину молодую. Вот как сейчас: стройная, скромная, веселая. Знаешь, сколько хлопцев- то за нею бегало? Ой, и связалась же она с этим бабником! – Оксана пустила слезу. – Бросила все, уехала в Хабаровск. Так замуж и не вышла больше. Жалко мне ее.
– А она не жалуется, – недовольно сказала я. Такое ощущение, будто я виновата в этом. – Мы с ней очень хорошо живем.
– Да ты шо, Викуля, не обижайся. Люблю я вас. Ты ни в чём не виновата. Судьба такая…
Мы поболтали еще часик и пошли спать.
Следующие два дня я провела, объезжая всех родственников. Все они встречали меня весьма радушно и накрывали богатые столы. Я их всех видела первый раз, но они мне понравились. Родственники с теплотой говорили о маме, какая она умная и добрая, и все сожалели, что мы уехали. Я с нежностью вспомнила маму. Какая же она все-таки у меня хорошая. Как я ее люблю. Вот она позвонит мне, и обязательно ей это скажу.
Вечером позвонила мама, и ее тон меня обескуражил:
