Теперь, когда мы стали любовниками, наше страстное влечение друг к другу воспылало жарким пламенем. Мы не ждали возможности быть вместе, а искали ее. Бывали дни, когда его домоправительница уезжала навестить свою сестру. Но мы не ограничивались только этой возможностью для встреч. Мы встречались в лесу подальше от любопытных глаз. Мы лежали на траве и разговаривали, а иногда занимались любовью.
Чарльз заметно изменился. В нем появился оптимизм и исчезла меланхолия. Он стал другим человеком. Я задавалась вопросом, не изменилась ли я сама?
Встречаясь с Изабеллой, я стала замечать, что в ее взгляде сквозит любопытство.
- Ты стала лучше выглядеть, Сепфора, - как-то сказала она. - Я рада за тебя. В последнее время ты совсем было скуксилась.
- Просто начинаю привыкать к своему положению, - ответила я, стараясь держаться уверенно и спокойно.
Я сознавала, что веду себя непорядочно. Но теперь в моей жизни появились мгновения счастья, хоть я и расплачивалась за них душевной болью. Часто, сидя у постели Жан-Луи, я испытывала острое чувство греха. Однажды муж открыл глаза и пристально посмотрел на меня.
- Ты так добра ко мне, Сепфора, - наконец, сказал он, - в тебе столько терпения. А я, наверное, стал совсем несносным. Я постоянно жду приступа боли, которая, как зверь, готова прыгнуть на меня из засады. Но достаточно мне увидеть тебя, и я чувствую себя таким счастливым. Как хорошо, что у меня есть ты...
- Ах, не надо, - сказала я, не сдержав слез. - То, что я делаю для тебя, мне в радость. Я хочу быть с тобой и сделать тебя счастливым...
Жан-Луи закрыл глаза и улыбнулся, а я подумала про себя: "Ты - лгунья и изменница!"
Однажды, выходя из леса, мы столкнулись нос к носу с Эвелиной. Она появилась неожиданно в тот момент, когда мы отряхивали прилипшие к одежде сухие листья и траву. Я содрогнулась от ужаса при мысли о том, что мы могли встретиться чуть раньше. Я заметила, что она пополнела.
- Скоро здесь созреет много ежевики, - сказала она, обращаясь к нам. Взгляните на эти кусты. Мы взглянули на кусты.
- Прогуливаетесь по лесу? Я - тоже. Прекрасное время года для прогулок, не правда ли?
Было ли коварство в ее словах? Мне казалось, что она изменилась, или все же это была прежняя Эвелина?
- А как ваш муж? - спросила она. Я ответила, что не могу похвастаться улучшением его состояния. Если боли не беспокоят его четыре дня подряд, мы считаем, что это уже какое-то улучшение. Эвелина кивнула. Затем неожиданно улыбнулась:
- Как мило с вашей стороны, что вы устроили ту вечеринку. Всем нам она была так кстати... Между прочим, я снова жду...
- Поздравляю, - сказала я.
- Спасибо. Ну что ж, до свидания, доктор.., до свидания, госпожа Рэнсом.
- Что-то не так? - спросил Чарльз, когда она удалилась.
- Похоже, она шпионит за нами.
- Ну что ты, она просто прогуливалась.
- Я помню, как она вела себя у нас в Эверсли.
- Она наверняка с тех пор изменилась. Она стала хозяйкой дома. У нее есть сын, которого она нежно любит. У нее есть Брент...
- Она видела нас вместе.
- Почему бы нам не прогуляться по лесу?
- Я все же чувствую себя неуютно.
- Сепфора, милая, перестань. Ты даришь мне столько счастья!
- Прекрасно, - сказала я. - Но, наверно, я глуповата. Мне тоже хочется быть счастливой. Ты ведь знаешь, я думаю, у меня хватает сил на всю эту тяжкую жизнь только потому, что время от времени я бываю счастлива. Это как опий: я получаю передышку и снова готова сражаться с трудностями.
Чарльз с пониманием сжал мою руку.
Из Клаверинга вернулась Лотти, бодрая и жизнерадостная. Она прекрасно провела там время. Она рассказывала Жан-Луи о Сабрине, Клариссе и Диконе, и он улыбался, слушая ее болтовню. Одним своим присутствием она прибавила ему сил.
Я старалась сделать так, чтобы Лотти не появлялась у Жан-Луи в те моменты, когда ему становилось плохо. Это могло травмировать ее юную душу.
Было отрадно, что Лотти снова дома. Она обежала двор, чтобы убедиться, что ее лошадка и собачка чувствуют себя хорошо. Она наведалась к Хэтти Фентон и ее детям, которым привезла от моей матушки небольшие подарки: варенье - для Хэтти, шоколадную мышку, мячик и кегли - для ее детей.
Лотти поиграла с детьми, и ее пригласили заглядывать почаще.
Мисс Картер показалась мне еще более строгой, чем раньше.
- Мисс Картер такая благонравная потому, - объяснила мне Лотти, - что страшится адова огня.
- Бедная мисс Картер! - сказала я.
- Почему бедная? После смерти ее душа вознесется прямо на небеса. Это всем другим суждено гореть в аду.
- Моя девочка, - сказала я. - Никто не горит в аду.
- Никто, даже злодеи? Мисс Картер говорит, что она лишь повторяет Слово Божье.
- Дочка, я уверена, что это ее толкование В Библии говорится: "Покайтесь, и вам простятся грехи паши".
- Я думаю, если мисс Картер сказать, что никто не горит в аду, она очень расстроится.
- Послушай, детка, выкинь все это из своей головки. Будь доброй и разумной, и тебе не будет грозить никакой адов огонь.
Лотти засмеялась вместе со мной, но я подумала, что мисс Картер слишком уж фанатична в своей вере, чтобы ей доверять воспитание девочки.
