- Мы вернемся в Эндерби около половины четвертого. Я позову кого-нибудь из своих людей, и мы поедем прямо к вам. Мы незаметно проскользнем в комнату, заверим подписи, а потом, если вы доверяете мне, я немедленно отвезу завещание стряпчему.
- Но я могу доставить его и завтра.
- Да, мы можем сделать это и завтра. Но, зная людей в этом доме... Я хочу сказать, что такие, как они.., завещание должно как можно скорее попасть в руки стряпчего, и мне не нравится сама идея, что оно находится в доме.
- Уж не думаете ли вы, что меня могут убить, чтобы завладеть им?
- Ну, это слишком чудовищно. Я не допущу этого. Случись такое - мне не дожить счастливым остаток моих дней.
Я рассмеялась:
- Ну, это слишком сильно сказано!
Помолчав, он ответил:
- Я беспокоюсь. Давайте сделаем, как предлагаю я.
Он подстегнул лошадей, и вот мы уже подъехали к Эндерби. Потом все происходило чрезвычайно быстро, на одном дыхании. Это было непохоже на все, случавшееся со мною ранее. Я восхищалась тем, с какой скоростью и точностью Жерар выполняет любое поручение.
- Вы действуете так, как будто выполняете дипломатическую миссию, заметила я.
- Конечно, ведь помимо всего прочего я - дипломат. И, уверяю вас.., это наилучший способ уладить дело.
Часы пробили четверть пятого, когда мы прошли в спальню дяди. Он слегка удивился, когда я представила ему мужчин и объяснила, зачем они пришли. Я достала завещание, и необходимые подписи были, наконец-то, поставлены. Жерар свернул бумагу и сунул ее под мышку.
Дядя Карл сжал мою ладонь и сказал:
- Умница, девочка.
- А теперь, - сказал Жерар, - наше дело поста" вить это в город.
- Вам надо поторопиться, - добавила я.
- Да, - сказал дядя Карл, - пока Джесси не проснулась.
Он улыбался, и его глаза лучились восторгом. В них, безусловно, таилось лукавство. В какой-то момент мне подумалось, что он осознает всю нелепость ситуации. Сейчас я уже не верила, что у Джесси может сохраниться надежда унаследовать Эверсли.
Создавалось впечатление, что мы играем заученные роли в фарсе, которым старик пытается оживить свою скучную жизнь.
Так или иначе, завершив дело, мы спускались вниз, стараясь ступать тихо.
Как только мы вошли в холл, я приметила какое-то движение на лестнице и, быстро обернувшись, заметила Эвелину.
- О! - воскликнула та. - У нас гости.
- Это дочь экономки, - объяснила я Жерару. Эвелина уже подбежала к нам и невинно улыбнулась Жерару. Он поклонился и, повернувшись, направился к выходу.
Я проводила мужчин до коляски и вернулась в дом. Эвелина все еще находилась в зале.
- Я и не знала, что эти люди приглашены к нам, - заявила она. - Я знаю их, они живут в Эндерби.
Я прошла мимо девочки, которая с любопытством глядела на меня, явно ожидая объяснений, которые я была совершенно не настроена давать. Со стороны дочери экономки было слишком нахально выспрашивать о моих посетителях.
Я вошла в свою комнату и подошла к окну. Я увидела, что Джесси уже возвращается в дом. Эвелина обязательно расскажет ей о гостях, и та наверняка заподозрит неладное. Но в это время Жерар уже будет на пути к городу.
Этим вечером за ужином я почувствовала атмосферу смутной подозрительности. Джесси, как обычно, с жадностью поглощала пищу, потом натянуто улыбнулась мне и произнесла:
- Эвелина сказала мне, что сегодня у нас были гости из Эндерби.
- Обычный визит соседей, - ответила я.
- Но раньше они никогда к нам не заходили.
- Да?
- Я считаю, они прознали, что здесь гостите вы. К "хозяйчику" они никогда не приходили.
Я пожала плечами, - Один из них настоящий красавец, - заметила Эвелина.
Я смутилась.
Джесси вела себя очень осторожно и отличалась хорошей наблюдательностью, я видела, что она озадачена и ей не нравится сама мысль о посетителях в доме.
Как только трапеза завершилась, я немедленно исчезла в своей комнате, где предалась размышлениям, доставил ли Жерар завещание по назначении" господам Розену, Стиду и Розену. Если он это сделал, то моя задача выполнена. Было отрадно думать, что документ находится в полной сохранности у стряпчих, а я могу снять с себя всякую ответственность.
Но я не могла расслабиться. У меня появилось тягостное ощущение, что затевается нечто преступное, что дядя Карл находится в опасности, которую навлек на себя сам. Жизнь казалась ему слишком скучной, и ему хотелось разнообразия.
У меня разыгралось воображение, и я почувствовала непреодолимое желание выйти из дома. Ноги сами привели меня к Эндерби. Я хотела снова увидеть Жерара и убедиться, что он отвез завещание стряпчему. Если я буду уверена в этом, то буду спать гораздо спокойнее.
