Я немедленно возвращаюсь. Мною овладело подавленное настроение. Неужели я действительно могла подумать, что смогу избавиться от своих привязанностей и обязательств и спокойно уехать с Жераром во Францию? Письмо матери неумолимо воскресило в памяти все: доброту, бесконечную привязанность и любовь, которую питал ко мне Жан-Луи, мой законный муж.
Да, я порочна и безнравственна. Да, я действительно изменница. Я отправилась в Эндерби, где меня ожидал Жерар.
- Мне надо готовиться к отъезду домой, немедленно, - сказала я ему. Я получила письмо. Случившееся с Жан-Луи серьезнее, чем просто сломанная нога. Он повредил позвоночник, и боюсь, как бы он не стал инвалидом.
Жерар недоверчиво посмотрел на меня.
- Мать сообщила мне это, - продолжала я. - Я не могу медлить.
Жерар обнял меня, и я ощутила, как загорается во мне желание. Я чувствовала, что теряю голову и не в силах покинуть его. Вся будущая жизнь, долгие безрадостные годы без него представлялись такими беспросветными.
- Мне тоже пора уезжать, - произнес Жерар.
- Ну вот и пришел конец всему.
- Совсем необязательно, - возразил он, - все зависит от твоего решения.
- Это убило бы Жан-Луи.
- А что будет со мной? Что будет с нами?
- Он - мой муж. Я поклялась любить его в горе и в радости. О, если бы я никогда и не приезжала сюда.
- Не жалей ни о чем. Ты любила, ты жила.
- Нет, всю оставшуюся жизнь меня будут мучить сожаления.
- Когда ты собираешься ехать? - удрученно спросил Жерар.
- Еще до конца недели.
Он склонил голову, потом схватил мои руки и стал целовать их:
- Сепфора, если бы ты только передумала!
- Ты хочешь сказать, что будешь ждать меня? Жерар кивнул.
- Но ты еще не уехала, и у меня есть еще время, чтобы уговорить тебя. Я покачала головой.
- Я знаю, что проявила слабость, была безнравственной, но есть вещи, через которые даже я не могу переступить.
Я не думаю, что Жерар поверил мне. Все это время я была столь страстная и пылкая, что он уверился, придет время, и я пожертвую всем для него.
Я знала, что этого не случится. Несмотря ни на что я должна вернуться к Жан-Луи.
***
- Я решила, что перед отъездом следует предостеречь дядю Карла. Я не упоминала Джесси о своем предстоящем возвращении домой потому, что хотела сначала поговорить с дядей. Я пришла к нему после обеда, рассчитывая поговорить с ним наедине.
Дядя Карл обрадовался, увидев меня. В его глазах таился веселый огонек, причину которого я не понимала. Меня поражало, что дядя живет только прошлым и упорно отождествляет меня с давно умершей Карлоттой, которая когда-то произвела на него столь неизгладимое впечатление.
К сожалению, события в доме дяди Карла почти не трогали меня. Здесь я впервые встретила Жерара и увлеклась им. Лишь сейчас я задумалась о происходящем, да и то только потому, что собралась уезжать.
"Крик о помощи", как выразилась Сабрина, и, наверное, она была права. Правда, дядя Карл не просил о помощи, хотя, уверена, он прекрасно осознавал опасность своего положения. Он выглядел, скорее, как сторонний наблюдатель, с восторгом изучающий особенности человеческой природы, являясь в то же время одним из основных действующих лиц в разворачивавшейся драме. Иногда мне казалось, что дядя слишком стар, чтобы волноваться о происходящем.
Все происходящее с момента моего появления в Эверсли-корте выглядело странным.
Тем не менее, я решила поговорить с дядей Карлом и предупредить о возможной опасности.
Разговор я начала с письма моей матери.
- Дела моего мужа вовсе не так хороши, как я думала. Сперва казалось, что единственное несчастье - сломанная нога, и мы считали, что вскоре он поправится. Но, видимо, возникли осложнения, поэтому мне необходимо вернуться.
Дядя кивнул:
- Значит, ты покидаешь нас. Очень жаль.
- Я еще приеду, возможно, с Жан-Луи, матушкой или Сабриной.
- Это было бы замечательно. Уверен, тебе здесь понравилось.
- О да, да, Старик улыбался, но что скрывалось за этой улыбкой?
- Вынужден согласиться с твоим решением, Карлотта.
Я внимательно взглянула на него и сказала:
- Я - Сепфора.
- Конечно, это все моя память. Я живу далеким прошлым. Ведь я называю тебя этим именем не впервые? Думаю, это потому, что ты стала походить на нее. Я давно замечаю это сходство.
- Дядя Карл, мне надо поговорить с вами о том, что может вам и не понравиться. Но вы поймите, я думаю только о вашем благополучии.
- Милое дитя, - произнес он, - ты была так добра ко мне, заботилась о моем благополучии. Ты могла столкнуться с серьезными неприятностями, выполняя мою просьбу. Мне кажется, твой французский джентльмен очарователен, бесподобен. - Яркие глаза дядюшки испытующе взглянули на меня. - Ведь так?
Я чувствовала, как кровь приливает к щекам, и подумала: "Он знает. Но как он узнал? Неужели Джесси шпионила за мной? Неужели они обсуждали меня?"
- С его стороны было очень любезно отвезти меня в город и помочь с завещанием, - быстро сказала я. - Это как раз то, о чем я и хотела с вами поговорить, дядя Карл.
