— Рон, не уверен, что это хорошая идея. Я совсем не хочу в это лезть...
— Скорее всего, она поговорит с тобой обо всем, — продолжал настаивать Рон. — А если это сделаю я, то она явно придумает какое-нибудь оправдание и уйдет. Отвечаю, она не останется со мной наедине.
— И с чего ты решил, что она откроется мне?
— Ну, вы же двое делитесь всяким таким. Ты сам сказал, что вы как брат и сестра.
— Да, но...
— Прошу, дружище, — сказал Рон, и сердце Гермионы сжалось от отчаяния в его голосе, — хотя бы попробуй, а потом я, может, мог бы...
— Подожди немного, — Гарри пробормотал так тихо, что она едва расслышала. — Она может быть еще расстроена тем, что мы бросили ее в Хогвартсе.
— Нет, здесь дело в другом.
— Дай ей немного времени, Рон, — сказал Гарри твердым голосом. — Сейчас все ведут себя немного непривычно, время такое. Наверное, в Школе что-то случилось, вот она и думает об этом. Что-то вроде истории о Снейпе. Наверное, там не только это произошло.
— Ага, например, она больше не видит во мне парня, — пробормотал Рон настолько тихо, что Гермионе пришлось напрячь весь свой слух. — Может, теперь ей нравится кто-то другой.
Она сделала резкий вдох и не спешила выдыхать, оставаясь максимально тихой, когда голоса парней утихли. Ее пульс слегка ускорился; Гермиона спохватилась — неужели она как-то выдала свое бодрствование.
— Рон...
— Разве в это трудно поверить, Гарри? — продолжил он. — Мы месяцами ее не видели. Она запросто могла влюбиться в кого-то типа Джастина, или Майкла, или... Мерлин, это мог быть кто угодно.
— Это еще не известно.
— Но это могло случиться. И... знаешь, конечно, я был бы убит, но все равно лучше бы она обо всем рассказала…
— Ты делаешь поспешные выводы, — устало перебил Гарри. — Думаю, тебе на какое-то время нужно оставить ее в покое.
— Но если ничего не изменится, ты ведь поговоришь с ней?
— Да, хорошо, — простонал Гарри, — но я думаю, что ты переживаешь на пустом месте.
— Здорово, дружище, — сказал Рон, и Гермиона знала, что в эту минуту на его лице появляется широкая улыбка. — Эй, передай мне радио. Хочу узнать, что это за «Поттеровский дозор».
Вина снова сжала сердце Гермионы. Она перестала вслушиваться в разговор ребят и почувствовала, как слеза скатилась по щеке и упала на подушку. Она уткнулась носом в майку, сделала вдох, глотая утешительный призрак аромата Драко. На какой-то момент ее полностью поглотило осознание того, насколько охраняемый секрет оказывает давление и вносит разлад в отношения с друзьями.
И она поняла, что должна обо всем рассказать Гарри и Рону.
И еще одну неделю спустя…
По редкой случайности и вынужденному согласию Андромеда, Луна и слизеринцы (помимо Трейси и Майлза, которые до сих пор не вылезли из кровати) встретились утром на кухне. Драко сердито посмотрел вслед своей тетке, которая, проходя мимо, случайно задела его локтем и заставила налить в чай слишком много молока, однако была крайне занята приготовлением завтрака, чтобы заметить свою неуклюжесть. Он закатил глаза и, решив, что переделывать все заново совершенно бессмысленно, присоединился за столом к Миллисенте, Тео, Луне и Блейзу.
— Ты делаешь его как маггл, — отметила Лавгуд, вытаскивая Драко из задумчивости.
— Что?
— Чай, — сказала она. — Ты всегда делаешь его как маггл.
— И я заметил, — встрял Тео. — Сейчас припоминаю, что и еду тоже...
— И что? — Драко пожал плечами. — К чему ты клонишь?
— Ты испорченная задница, которая привыкла выбирать самый простой путь, — коротко сказал Блейз. — Обычно ты используешь магию...
— В Хогвартсе у меня не было палочки.
— Но теперь-то она с тобой.
— Я привык все делать сам, — Драко бросил на Забини нетерпеливый взгляд. — Мерлин, вы всюду свой нос засунете.
— Как лучше: с магией или без? — внезапно спросила Луна.
Он перевел на нее настороженный изучающий взгляд. После расколотых недель, проведенных в компании эксцентричной Лавгуд, он узнал, что та не была витающей в облаках девчонкой, каковой он всегда ее считал. Напротив, Драко убедился, что все ее слова хранили тайный смысл или загадку, что только больше раздражало его, поэтому он собирался сказать ей отвалить и не лезть не в свои дела, но в центре стола вдруг ожило радио.
Лавгуд рассказала им о подпольном вещании; с тех пор приемник всегда оставался на кухне. Драко вполуха прослушал пару передач, во время которых ведущие, называвшие себя Ривер, Ромул и Роял, призывали общественность к спокойствию и оказанию помощи магглам. Он наблюдал, как Лавгуд коснулась кончиком палочки радиоприемника и пробормотала сегодняшний пароль:
— Бродяга.
Угрюмый голос Ривера тут же заполнил кухню, и Драко почувствовал, как желудок скрутило от тревоги.
«Слушатели, у нас не так много времени…»
Драко быстрым взглядом осмотрел собравшихся на кухне, понимая, что они чувствуют то же самое — дурное предчувствие узлом стягивало внутренности. Андромеда прекратила готовку и нервно сжала руки; она не сводила глаз с радио. Остальные были тихи и напряжены, особенно Тео, который даже затаил дыхание.
