«С глубочайшим прискорбием сообщаем, что мы узнали о нескольких смертях, о которых не говорилось в новостях Волшебного Радио…»
Боковым зрением Драко уловил движение Лавгуд, когда та настолько крепко сжала руку Блейза, что впилась в нее ногтями.
Черт, как же он скучал по Грейнджер.
«Мы можем подтвердить, что были убиты следующие люди…»
После этих слов перед глазами Драко все поплыло.
«Аннабель Сноублум…
Саманта Джонс…
Льюис Гибсон…»
Он не узнал этих имен.
«Тед Тонкс…»
Он услышал всхлип Андромеды; в этот миг все начало рушиться. Он не мог отвести взгляд от приемника, однако улавливал топот спотыкавшихся ног и неестественно сдавленные звуки рыданий тетки, когда она ринулась к задней двери. Вторым отреагировал Тео — он вскочил на шатких ногах, нетвердой походкой покинул комнату, по пути сметая на пол посуду и фарфоровые безделушки.
Драко продолжал слушать.
«Дирк Крессвелл…»
— Блять, — выругался Блейз сквозь зубы. — Я должен...
— Нет, — ответила Лавгуд, — сходи и проверь Тео. Мы с Миллисентой пойдем к Дромеде.
Снова послышался топот поспешных шагов и отодвигаемых стульев, открылась дверь, и надломленный плач Андромеды заполнил сознание Драко прежде, чем дверь захлопнулась.
— Драко, — позвал Блейз, — давай, мне может понадобиться помощь с Тео.
Малфой никак не прореагировал.
«Гоблин по имени Горнак…»
— Драко, пойдем!
— Подожди минуту, — прошептал он.
«Мэтью Гринвид…»
На втором этаже послышался сильный глухой удар, за которым последовал звон разбивающегося стекла. Забини прорычал, стоя в дверях:
— Драко, ты что...
— Я попросил подождать одну сраную минуту, — проревел он.
— Начерта...
— Мне нужно... — на миг его голос дрогнул, — ...нужно убедиться, что Грейнджер нет в этом чертовом списке, ясно?
Такого объяснения было вполне достаточно для Блейза, поскольку через пару секунд Малфой услышал его удаляющиеся по лестнице шаги, после которых последовали приглушенные крики и громкие стуки, от которых содрогались светильники на потолке.
«Тимоти Стефенсон…
Грейс Хартвуд…»
Он задыхался, сердце колотилось, как безумное.
«И Доминик Макгарт. Нам пора отключаться, но прежде просим вас вместе с нами почтить минутой молчания память о павших. Храните себя и не теряйте веры».
Драко облегченно выдохнул и склонил голову. Он эгоистично украл несколько секунд спокойствия, пока удушливый крик со второго этажа не вернул его в реальность; он неуверенно поднялся и отправился на поиски Блейза и Тео. Он шел на звуки возни и сбивающих с толку всхлипов, которые были слишком грубы, чтобы принадлежать человеку; казалось, словно он шел на бойню.
Войдя в спальню Тео, он увидел, что часть стола была обуглена и дымилась, окно было разбито чем-то, что напоминало стул, а на осколках зеркала виднелась кровь. Он перевел взгляд на стену, осмотрел половицы и увидел Забини с Ноттом.
Они боролись на полу; Блейз отчаянно пытался сохранить захват на запястьях Тео. В этот момент Драко заметил волшебную палочку, лежащую на полу в паре шагов от них, до которой пытался дотянуться Тео, цепляясь ногтями за щели между половицами. Он весь был исколот осколками зеркала, сверкающими в лучах утреннего солнца. Драко содрогнулся от жалостливого всхлипа Нотта, когда один из его ногтей оторвался от надкожицы. Однако это не заставило того отказаться от попыток раздобыть палочку.
— Черт, Драко, да помоги же мне! — требовательно выкрикнул Блейз. — Хватай его за руки!
Малфой моргнул, чтобы очистить голову, и крепко схватил Тео за локти, выворачивая их за спину. Он заметил, как пот стекал по спине Нотта, когда Забини изменил позицию и помог удерживать руки Тео.
— Отвалите от меня! — кричал Тео. — Блейз, клянусь, получишь Круциатусом, как только я освобожусь...
— Где твоя палочка? — спросил Блейз Драко.
— Внизу.
— Черт, и моя.
— Предупреждаю, Блейз! — разъяренно угрожал Тео. — Отпусти!
— Тео, дыши, — твердо произнес Забини, — ну же...
— Да пошел ты!
— Тише, Тео,— продолжал уговаривать он, — просто дыши, вдох и выдох. Давай. Попробуй.
Драко услышал, как Тео сделал огромный глоток воздуха и задрожал так сильно, что его конечности изогнулись под неестественными углами. Малфой нерешительно погладил его по спине, когда тот начал давиться кашлем; Тео стошнило, и кислый смрад желчи наполнил комнату.
— Тише, приятель, — прошептал Блейз, — вот так.
— Ненавижу их всех, — выплюнул Тео между вздохами, — ненавижу нахрен.
— Все будет хорошо, — успокаивал Блейз, — Все будет хорошо.
Но Драко ему не верил.
Прошла не неделя. Лишь несколько часов, и вечер сменил день.
Гермиона взмахнула палочкой, чтобы не дать угаснуть огню. Настал ее черед дежурить в ночи; сегодня она отважилась отойти на приличное расстояние от раскинутого лагеря, чтобы избежать монотонного гудения храпа Рона, но все же остаться под защитой Чар. Она подняла взгляд, снова посмотрела на безоблачное небо — глубокий синий холст с россыпью мигающих звезд — и решила, что вокруг было слишком спокойно. Слишком красиво.
