Правда, уходить из трактира следовало грамотно. Не просто удирать в надежде, что искать не будут, а сделать так, чтобы ни у кого даже мысли об этом не возникло.
Откладывать дело в долгий ящик я не стал и еще по пути домой продиктовал Ули целый список распоряжений. Отныне мои звери должны будут регулярно патрулировать окрестности на предмет обнаружения темных душ. Отслеживать перемещения карателей, если те снова объявятся. На их же чешуйчатые плечи ложился поиск нового жилья с учетом наших интересов и требований безопасности. Ну а мне следовало разработать план по скорейшему расставанию с трактиром и его обитателями.
Всю последующую неделю я напряженно думал, анализировал полученные от Ули сведения, старался поменьше попадаться на глаза дядюшке и всеми силами избегал конфликтов с кузеном. Ошши за это время посетил трактир всего дважды: один раз с наставником, второй — без. Ко мне, правда, цепляться не стал, однако Тарр возле его столика крутился весь вечер. И, получив щедрые чаевые, сиял потом как отдраенный унитаз.
От улишшей тем временем ценной информации не поступало — бесхозные дома в Гоаре водились исключительно в трущобах, жить в них было можно, но по санитарно-эпидемиологическому состоянию строго не рекомендовалось. В домах поприличнее, где имелся чердак, было или стремно, или опасно. А в совсем уж богатых особняках я бы и сам не поселился — там на всех входах-выходах стояла магическая защита, тревожить которую я бы не рискнул. Конечно, еще оставались подвалы и кишащие крысами городские подземелья, но в человеческом облике я не смог бы там нормально передвигаться, а в подвал даже при нынешних скромных габаритах было не так-то просто залезть.
К середине второй недели напряженных поисков я был уже готов плюнуть на все и поселиться в первой попавшейся лачуге или же вернуться в первоначальную форму, благо она-то была прекрасно приспособлена для жизни в канализации. Но именно тогда, когда мне осточертели Тарровы придирки и дядюшкины поручения, нуррята вдруг скинули по локальной сети картинку необычного дома.
Дом был большим, старым и, судя по ряду признаков, нежилым, однако при этом вокруг него поддерживалась мощная магическая защита. Причем мощная настолько, что в сумеречном мире дом выглядел как трехэтажная новогодняя елка, сверху донизу раскрашенная во все цвета радуги. Я, когда ее увидел, сперва даже не поверил, что этакая домина находится где-то на окраинах. Потом велел нуррятам проверить. А когда они той же ночью сбегали по нужному адресу и дали полную картину происходящего, я неподдельно заинтересовался.
Представьте сами — старый район, далеко не престижный квартал… на длинной-предлинной улице стоят приземистые, наполовину ушедшие в землю скромные домики. И вдруг среди них вырастает древний, едва ли не покрытый паутиной трехэтажный каменный особняк, который в сумеречном мире блистал, словно новенький молг. Причем блестело у него буквально все — крыша, стены, окна, сам воздух над домом… даже кованая ограда и та выглядела так, будто ее усыпали драгоценными камнями!
Само собой, мне захотелось взглянуть на это чудо. Поэтому дня через два, когда нуррята убедились, что никто в тот дом не входил и не выходил, а дядя всучил мне очередной набор записок с местными иероглифами, я при первой же возможности нырнул на изнанку. Выловил пролетающую мимо карету. С ветерком домчался до центра столицы и уже оттуда где бегом, где на попутках добрался до нужной улицы.
Как она называется, к сожалению, не узнал — в Гоаре по непонятной причине не было принято писать названия и номера домов на табличках. Но если считать от начала, то особняк находился по правую руку и был по счету двенадцатым. А выглядел именно так, как показали улишши — роскошным, ярким, сверкающим. Причем помимо уже знакомых мне защитных и поисковых заклинаний, в доме имелась масса другой, пока непонятной мне магии.
Эх! Как же жаль, что нельзя забраться внутрь и посмотреть, что там творится!
Улишши, которые и сейчас безмолвными тенями крутились рядом, не смогли туда даже коготь просунуть. Ограда, хоть и была мне всего по пояс, кусалась ой-ой как больно. Дрожащее над ней марево тоже выглядело опасным и чувствительно обожгло моих нуррят, когда те попытались ее коснуться. Зато пройтись вдоль забора, любуясь затейливыми металлическими завитушками на калитке, мне это не помешало.
Красиво… черт возьми, это и впрямь выглядело на редкость красиво! Настоящий мастер ковал. Такая же роскошная работа была проделана и с перилами на крыльце, и с решетками, закрывающими окна. Конечно, на всей этой красоте лежала печать времени, камень местами раскрошился, краска на дереве пооблупилась, ограда местами покрылась ржавчиной, да и засов на калитке едва не заплесневел. Но даже в таком виде дом производил впечатление.
