Переговорный процесс имел не меньшее политическое значение, чем война. Впервые в истории арабским государствам пришлось договариваться на равных с государством евреев. Когда в январе 1949 года на острове Родос начались предварительные переговоры между Израилем и Египтом, то некоторое время члены египетской делегации отказывались общаться с израильтянами и переговоры велись при посредничестве сотрудников ООН, но это было не очень удобно и в конечном итоге египтяне стали общаться с израильтянами напрямую. То же самое повторялось на переговорах с делегациями других арабских стран. С Египта переговоры начались не случайно, – как самая сильная из стран-интервентов, он во многом определял общую политику арабов. По итогам переговоров Египет получил контроль над сектором Газа, который сохранялся по 1967 год. Сложилась интересная ситуация – арабские страны заняли земли, отведенные для палестинского арабского государства, но не спешили его создавать. Палестинцы, жившие на Западном берегу Иордана, стали гражданами Иордании, а их лидеры поклялись в верности королю Абдалле I. В секторе Газа с сентября 1948 года под эгидой Египта существовало Всепалестинское правительство во главе с муфтием Амином аль-Хусейни, которое никакой реальной властью не обладало.
Все страны-интервенты подписали с Израилем не мирные договоры, а соглашения о перемирии, но формальности не имели значения. Важно было то, что юное еврейское государство получило передышку для залечивания нанесенных войной ран и созидательного развития. Война унесла жизни шести тысяч израильтян, что составляло один процент от тогдашнего населения страны и еще тридцать тысяч получили ранения. Расходы на ведение войны и интенсивную закупку вооружения превысили пятьсот миллионов долларов (по меркам 2020 года это семь с половиной миллиардов).
Пустая казна, разоренная страна, враждебное окружение… Как говорится, «пусть врагам нашим будет такое счастье».
Но другой страны у евреев не было.
Главной задачей для успешного строительства государства стало обеспечение эффективного руководства страной. Оно должно было стать сильным, но не деспотическим; демократическим, но без череды парализующих деятельность правительственных кризисов; коалиционным, но в то же время солидарным в своих действиях.
В марте 1948 года были сформированы законодательный Народный совет и исполнительное Народное правление, временные органы будущего государства. Народный совет утвердил положение о Временном правительстве, законодательным органом которого стал Временный государственный совет, образованный тридцатью семью членами Народного совета и тринадцатью членами Народного правления.
Председателем совета стал Хаим Вейцман, которому в то время шел семьдесят седьмой год. Дипломатичность Вейцмана и его умение находить общий язык с британцами в конечном итоге сослужили ему плохую службу в Израиле. Вейцмана зачислили в британские ставленники, но не стоило ставить на одну доску пробританскую ориентацию, сформировавшуюся у Вейцмана в ходе его политической деятельности, и прямое соблюдение британских интересов в Палестине. На первом послевоенном (двадцать втором по счету) Сионистском конгрессе[79] нападки политических оппонентов вынудили Вейцмана уйти с поста президента Всемирной сионистской организации. Преемник не был избран, так что мировое сионистское движение фактически возглавил Давид Бен-Гурион.
Возраст и состояние здоровья заметно сказывались на работоспособности Вейцмана. Все, кто знал его близко, понимали, что он не сможет в полной мере справляться с обязанностями председателя Временного государственного совета, но его избрание на эту должность, а также избрание первым президентом страны, было проявлением уважения, выражением благодарности за все то, что Хаим Вейцман сделал для своего народа и для еврейского государства.[80]
Говорят, что «два еврея – это три мнения». Да, действительно, евреи любят поспорить, высказать по любому вопросу свое мнение и настаивать на нем. Великим благом для зарождающегося государства стало то, что за время его пребывания у власти (май 1948 – март 1949) Временное правительство поддерживали все израильтяне, вне зависимости от их взглядов. И это при том, что, с точки зрения демократии, Временное правительство можно было бы назвать «узурпаторским», ведь по сути дела его члены сами взяли власть в свои руки. Но все понимали, что это вынужденная необходимость, потому безоговорочно соглашались с решениями правительства (нынешнему Кнессету[81] такое счастье и не снилось).
К чести Временного правительства следует отметить, оно не стремилось удерживать власть дольше нужного. Уже на 25 января 1949 года были назначены парламентские выборы. В принципе, их можно было бы назначить и на более раннюю дату, но сначала требовалось провести перепись населения.
