Изумительная Страна Снергов полностью

Горбо отнял руки от ушей и принюхался.

– Не знаю, чем пахнет, – сказал он, – но для моего носа это просто музыка.

Теперь все принюхались. Что бы это ни было, аромат немного походил на запах коричного медведя и напоминал путешественникам, что после вчерашнего пира они ничего не ели.

Вдова Мелдрум улыбнулась.

– Можете посмотреть, – сказала она, стаскивая кусок муслиновой ткани с предмета, стоявшего на кухонном столе. – Но отщипывать кусочки нельзя.

Это был пряничный домик – великолепное творение в три этажа, с высокими дымовыми трубами и глазированными щипцами[2]. Он напомнил Флоре кукольный домик в её уединённой детской. А Пипу пряничное сооружение напомнило что-то другое, но что именно, Пип не мог понять. Его встревожили маленькие марципановые личики в окнах, наполовину прикрытых ставнями.

Балдри спрыгнул со стула и потянулся к домику, но вдова хлопнула его по руке.

– Я же сказала – не отщипывать! Если вы хотите перейти через Троллихин мост, нужно кое-что сделать. С троллями легко справиться, если знаешь как. Их слабое место – желудок. Мы оставим Троллихе подарок – маленькую штучку, приправленную маком и мандрагорой. Она проглотит её и вскорости почувствует такую слабость, что вовсе не заметит, как мимо проскользнёт маленький путешественник или даже три.

– Блестящий план, – одобрил Горбо.

– Да уж, неплохой, – согласилась вдова, открывая буфет и разглядывая, что там у неё на полках. – Разве что… Ох, милые!.. Кажется, у меня закончились мандрагоровые корни. Кто-то должен пойти и надёргать их. И это будет… Это будешь ты! – Она указала на Горбо.

– Я? – Горбо почесал свою шерстистую голову. – И где же я их найду?

– В Бедственном Болоте, – сказала вдова Мелдрум. – И нечего так уж тревожиться, трусишка. Это чудесное место. Просто остерегайся червей-соплеходов и саблезубых сороконожек. И ещё бабочек-вампиров. Также там есть грязевые обжималы особо неприятной породы – они постараются обвиться вокруг твоих лодыжек и утащить вниз. А если к тебе подойдёт какой-нибудь болотный гоблин и начнёт заговаривать зубы, ни в коем случае, что бы ты ни делал, не смотри ему в глаза. Ты будешь в полной безопасности – если, конечно, не наступишь на слизня-завывалу. Он поднимет страшный вой и разбудит таких тварей, с какими тебе и впрямь лучше не встречаться. А теперь иди, ещё достаточно светло, чтобы ты смог отыскать нужные корни. Но запомни: мандрагоры нельзя выдёргивать, пока на них не упадёт лунный свет. Это очень важно, иначе заклинание не сработает.

– Мне долго придётся ждать? – спросил Горбо с несчастным видом. – В темноте? Одному?

– Горбо, мы пойдём с тобой, – сказал Пип без особого желания. Он посмотрел на Флору.

Она сглотнула и кивнула.

– Что такое червь-соплеход?

– Он забирается тебе в нос и высасывает мозги, так что в итоге в голове ничего не остаётся. Впрочем, начнём с того, что как раз мозгов-то у меня и нет, – оптимистично сказал Горбо, – поэтому всё не так уж и плохо.

– Дети останутся со мной, – заявила вдова Мелдрум. – Как можно отправить двух невинных детей в болото, да ещё с приближением ночи? Что сказала бы на это мисс Ваткинс?

Очень лёгкий вопрос, и Пип мгновенно ответил:

– Она сказала бы, что это против правил.

Ещё два дня назад, услышав такие слова, Пип немедленно возжелал бы шлёпать всю ночь по болоту в лунном свете, но за эти два дня много чего произошло. Раньше Пип жаждал приключений. А теперь он стал осознавать, что есть правильные приключения, и это великолепная, кружащая голову вещь, и есть приключения неправильные, когда ты понимаешь, что лучше бы остался дома. Бабочки-вампиры и слизни-завывалы ясно доказывали, что это приключение неправильное.

– Может пойти Балдри, – предложила Флора.

– В болото? В этой обувке? – Балдри легонько подпрыгнул, и бубенцы на заострённых носах его туфель зазвенели. – Нет уж, спасибо большое.

– Много шума из ничего, – проворчала вдова Мелдрум, вручая Горбо мешок и фонарь. – С дороги не собьёшься. Иди всё время вниз, пока не намочишь ноги. Поймёшь, что дошёл до мандрагор, когда их услышишь. При вытаскивании они пищат. Мне нужен по меньшей мере десяток жирных корней. И не вздумай приходить без них, если хочешь вернуться домой. Можешь выпить капельку моего бузинного ликёра, чтобы не задубеть от сырости, а кусочек имбирного пряника придаст тебе сил. Мандрагоры могут быть очень упрямыми. – Отломав одну из дымовых труб с пряничного домика, она передала её Горбо.

– Вы ведь позаботитесь о детях, правда? – с беспокойством спросил он. – Пока я отсутствую?

– Как о своих собственных, – ответила вдова Мелдрум.

Когда она закрыла за Горбо дверь, Пип и Флора почувствовали прилив тоски и одиночества. От сквозняка все реповые головки стали раскачиваться. Казалось, что они смеются, и вовсе не беззаботным смехом.

– Бедные усталые детки, вам надо немного поспать, – сказала вдова Мелдрум. – Наверху есть маленькая уютная спальня, где вам будет очень удобно.

– Мы не устали, – возразил Пип, подавив зевок. – Лучше мы дождёмся Горбо.