Через секунду карета тронулась в обратный путь, вновь миновала железные ворота и свернула на дорогу к Изумрудному домику. В двенадцатом часу Бранди, еле передвигая ноги, начала подниматься по ступеням крыльца. Ей ничего не хотелось — только бы выпить чашку теплого молока и оказаться в мягкой постели. Но мечты ее тут же рассеялись при виде того, кто ждал ее на крыльце.
Герберт, как часовой на посту, выхаживал взад-вперед перед дверью и то принимался размахивать руками, то сердито бормотал себе под нос.
— Герберт? — Сонной Бранди понадобилась целая минута, чтобы разглядеть, в каком отчаянии находится садовник.
— Мисс Бранди… — Он бросился к ней со всех ног, схватил за локти, пытливо вглядываясь в лицо. — С вами все в порядке?
— Да, конечно. Почему ты вдруг подумал… — Она закрыла рот рукой, поняв, что натворила, и тут же почувствовала вину. — О, Герберт, я так виновата. Ты волновался из-за меня?
— Волновался ли я из-за вас? — повторил он, не веря своим ушам. — Вы исчезли, когда я должен был присматривать за вами… ускользнули, как воришка, пока я спал. И слова не сказали, куда направляетесь. Пропадали неизвестно где, бог знает сколько, и при этом хотите знать, волновался ли я из-за вас?
Бранди потупила взор:
— Ты прав.
— Где вы были? — решительно потребовал он ответа.
— Я ездила в Лондон. — Она чуть приподняла подбородок, на ее лице появилось удивленное выражение. — И мне действительно жаль, что я причинила тебе беспокойство. Но, Герберт, откуда появилась такая излишняя заботливость? Я всегда прихожу и ухожу, когда мне вздумается, и тебя еще ни разу не волновало, где я нахожусь. Почему сейчас все изменилось?
— Потому что я… — Герберт неловко переступил с ноги на ногу. — Потому что Бентли сказал, будто вы в опасности. — Он сразу пожалел о своих словах, но было уже поздно.
— Я? В опасности? — Бранди покачала головой. — Нет, Герберт, ты, должно быть, что-то не так понял. Я знаю, Бентли попросил тебя присмотреть за мной сегодня, но это была простая формальность — он так поступил лишь из уважения к Квентину, который убежден, будто я в любую минуту могу выкинуть нечто невообразимое. — Она погладила обветренную щеку садовника. — Уверяю тебя, мне ничего не грозит, разве что получить несколько царапин во время рыбалки или, самое худшее, упасть с Посейдона. — Она прикусила губу. — И все же мне ужасно не по себе, что я заставила тебя так волноваться.
— А зачем вы вообще поехали в Лондон? — спросил Герберт.
— У меня было небольшое дельце.
— Дельце, говорите? Небось, захотели повидаться с лордом Квентином?
Щеки Бранди покрылись яркими пятнами. Неужели не осталось ни одного человека, кто не знал бы о ее чувствах к Квентину?
— Нет. Разумеется, нет, — принялась отрицать она. — Я даже не уверена, что Квентин все еще в Лондоне. По-моему, он уже должен быть в Котсуолде.
— В таком случае почему вы не подождали его, прежде чем мчаться в Лондон? Он бы мог поехать с вами. Неужели у вас такое важное дело, что его нельзя было отложить на денек?
Пальцы Бранди крепче сжались на записной книжке, пока она обдумывала, что можно сказать, а что лучше утаить. Видимо, ее молчание насторожило Герберта.
— Вы что, все время были в Лондоне? — спросил он с сомнением.
— Да… в общем-то.
— Что значит это «в общем-то»? Бранди растерянно заморгала, ей был непривычен допрос Герберта.
— Это означает, что по дороге домой я заехала в Колвертон. Надеялась, что Квентин уже вернулся. Очевидно, ошиблась. Бентли, кажется, тоже не было. — Она помолчала. — Бентли, случайно, не заезжал сегодня вечером в Изумрудный домик?
— Нет. — Герберт нахмурился. — Хотя я все равно бы его не заметил. Слишком был занят тем, что искал вас по всей округе. — Он прокашлялся. — Мне казалось, Бентли собирался в Беркшир навестить друга.
— Только на один день. — Бранди вздохнула, — Не важно. Поговорю с ним завтра. На рассвете поеду в Колвертон.
— Хм. В таком случае вам лучше пойти отдохнуть. Насколько я знаю вас, вы все равно не заснете от волнения. Подниметесь с птицами и уже будете в карете до первых лучей солнца, Я тоже пойду отдохну. — Он зевнул и повернулся, чтобы уйти. — Вся эта беготня утомила меня. — Помолчав, он предложил: — Если хотите, я сейчас загляну в каретный сарай и велю Лейксу подать карету на рассвете.
— Что? Ах нет, спасибо, Герберт. Лучше я возьму коляску и буду править сама.
Он кивнул:
— Тогда спокойной ночи.
Бранди поймала его руку:
— Мне действительно очень жаль, что я умчалась, не предупредив тебя. Это было глупо и неосмотрительно с моей стороны. Пожалуйста, не сердись. В следующий раз обещаю в точности тебе рассказать, куда еду.
— В следующий раз? — проворчал он.
Услышав, что голос садовника потеплел, Бранди улыбнулась:
— Да, мой друг. Со мной всегда будет следующий раз. — Она взялась за дверную ручку. — Спокойной ночи.
Герберт секунду смотрел на закрывшуюся дверь, затем повернулся и направился к лесу.
Четверть часа спустя Бранди скользнула под простыни, так и не отделавшись от чувства вины. Хорошо, конечно, оставаться молодой, но пора когда-то и повзрослеть — жизнь того требует.
