Гирем осторожно коснулся стены полыхавшим фокусатором. Было непривычно сжимать в руках чужое оружие, чувствовать ладонью незнакомые царапины и сколы, слышать чуточку другой тембр гула, который издавала замысловатая начинка рефрактора. И, разумеется, он не хотел причинять ему вред.
«Деран». Ответный импульс пришёл быстро.
— Справа есть другое помещение. Проверим?
— Не сидеть же здесь.
«Дакхан Денар».
Стена начала с рокотом сминаться внутрь, образуя невысокий узкий тоннель, достаточный, чтобы по нему прошёл человек. Гирем поднялся на ноги и едва не заорал от боли. Страх придал ему такие силы, что он даже не замечал рану, пока бежал наверх по лестнице и перепрыгивал через ступеньки. Сейчас, когда опасность отступила, это «прыжок выше головы» дал о себе знать в полной мере.
Лисица то и дела подталкивала его в спину, а он старался отвлечься от этих тычков, подсчитывая в уме шаги, оставшиеся до помещения. С рефрамантией не стоило перебарщивать, иначе этот сциллитум израсходуется так же быстро, как и его собственный.
— Откуда у тебя рефрактор? — спросил он, наконец, не оборачиваясь.
Девушка ответила не сразу.
— Это мой рефрактор.
— Значит, у вас было два рефрактора?
— Нет, только этот.
— Тогда почему им пользовался тот темнокожий парень?
— Потому что я не рефрамант.
— Да ладно врать. Теперь всё стало ясно — и твоя образованность, и причина, почему тебя взяли в отряд головорезов. Ты рефрамант.
Вместе с тем, Гирем почувствовал лёгкое разочарование. Несложно вести себя так, как вела себя Лисица, будучи магом. Когда он считал её обычной девушкой, её несносность казалось более… притягательной. Он поморщился, осознавая свою дремучую чёрствость.
«Боги, я только что спас ей жизнь. Какая разница, маг она или нет?»
— Любой человек может держать в руках включённый рефрактор, если не произносить никаких Слов, а я хорошо умею изображать из себя рефраманта. Ты не первый, кто купился на мой блеф.
— Тогда зачем ты им понадобилась?
— Они тоже думали, что я рефрамант. Все, кроме Околота.
— Я понял. Этот ублюдок отобрал у тебя жезл.
— Нет, «этот ублюдок» хотел меня защитить. Когда дело доходит до драки, рефрамант всегда становится главной мишенью. Обычно я и отыгрывала эту роль. В этот раз Околот запротестовал.
— Так у вас роман.
— Я тебя сейчас ударю.
Гирем рассмеялся, ощущая впереди тонкий каменный слой. Последний участок стены вывалился наружу, раскатившись по гладкому полу помещения множеством осколков. В лицо дохнула пыль. Закашлявшись, Гирем осторожно ступил на пол и помог спуститься Лисице. Обернувшись и подняв над головой жезл, он зашарил взглядом по потолку.
— Вроде бы никого. Только… — он махнул оружием в сторону дверного проёма без створок. Каменная стена выползла из пола, перекрыв вход.
Переведя дух, они занялись осмотром помещения, которое оказалось огромным залом. Как вяснилось позже, он имевшим форму подковы, как выяснилось позже. Воздух здесь казался замершим, а тьма уступала робкому полумраку. Стояла тишина, в которой одинокими голосами отдавался шорох их шагов. Лисица подошла к одной из стен и медленно провела рукой по тёмно-серой поверхности.
— Тут какие-то рельефные письмена, и даже узоры. Буквы не похожи ни изритские, ни на артарианские, ни на бъялвийские, ни на асалонские.
Гирем усмехнулся, поднеся рефрактор к месту, где была прижата рука девушки.
— Жаль, здесь нет Джарката — уж он бы понял, что к чему.
— Кто такой Джаркат? — Лисица забрала у него рефрактор.
— Так, один мой друг, историк.
— Он тоже где-то здесь, у Барьера?
— Да. Как думаешь, если наверху никто не пострадал, нас скоро начнут искать?
Девушка молча рассматривала стены, водя рефрактором из стороны в сторону. Он показалась не столько заинтересованной в прочтении угловатых, с множеством пересекающихся линий, символов, сколько в том, чтобы не отвечать на вопрос.
«Понятно».
Они вошли в широкую круглую комнату, с четырьмя окнами, расположенными друг напротив друга. Прикрытые ставни казались неподвластны времени. Создавалось впечатление, будто хозяева ушли только вчера. Вдоль стен выстроились шкафы со створками из разноцветного стекла. Гирем приоткрыл одну — на полках теснились ветхие фолианты.
Девушка за его спиной склонилась над длинным столом с дюжиной выдвижных ящиков. Она ухватилась за металлическое кольцо на одном из них и потянула на себя. Ящик не поддался.
— Если оттуда выскочит какая-нибудь тварь или сработает ловушка… — Гирем устало почесал лоб и забрал протянутый Лисицей рефрактор.
— Знала я одного парня, похожего на тебя, — пропыхтела девушка, звеня мечом, который пыталась вставить в зазор между ящиками. — Тоже был очень осторожен и аккуратен. Знаешь, что с ним стало?
— Нет.
— Он всё равно погиб.
— Очень ободряюще.
— Я говорю это к тому, что мы всё равно на грани гибели. Отсутствие рискованных действий не гарантирует нам безопасность.
— Надеюсь, ты не станешь приводить этот аргумент, предлагая выпрыгнуть из окна.
Раздался звон меча, а затем протяжный гул вибрирующей стали.
