— Ау! — поморщился он, когда Создин начала поливать его ладони горячей водой из бочки и смывать засохшие пятна крови. — Кстати, если ты не занята, то предлагаю вечером пойти к нашему холму. Я нашёл хорошую книгу. Можем почитать её вместе.
— О чём она?
— Если я расскажу тебе её содержание сейчас, то не будет смысла во встрече.
Создин с сомнением посмотрела на своё отражение в зеркале. Гирем терпеливо ждал, предельно чётко понимая, что лишь молчание поможет ему убедить девушку.
— Хорошо, — наконец, сказала та. — Вечер, наш холм, книга. Я, между прочим, начала читать Теургиатский Цикл. Первый том, прибытие наших предков в Ирдаран. Жестокое время.
— Это точно. Не хочу открывать тебе, что будет дальше, но времена до создания Триединой Церкви не зря называли Тёмными. Ты увидишь.
Он вытер мокрые руки светлым полотенцем. Создин протянула к ним свои.
— Дай посмотреть.
Гирем послушно позволил ещё раз рассмотреть свои ладони, тем временем любуясь силуэтом девушки в солнечных лучах, которые заливали окна ванной комнаты. В них она была особенно хороша.
«Чиста, как светлюнка».
— Нормально, — заключила Создин. — Что ж, мне пора убраться в библиотеке и приниматься за послеобеденную работу. Увидимся вечером на нашем холме.
— Увидимся на нашем холме, — улыбнулся Гирем и, подмигнув, выбежал из ванной.
«Создин вернулась», — с лёгкостью на душе подумал он. — «Создин, которую я люблю».
Вечер обещал быть прекрасным, как никогда.
— Гирем, а что ты делаешь? — спросил худощавый конопатый мальчик в одних штанах, который сидел на траве и наблюдал за тем, как Гирем осторожно засыпает песок в металлическую борозду, имевшую форму кольца. Руки юноши слегка подрагивали, по лбу скатилась капля пота — солнце, клонившееся к горизонту, всё ещё мучало землю рдяным оскалом. Наконец, Гирем выдохнул и, стряхнув с ладоней пыль и остатки песка, потянулся к рефрактору, который свободно лежал между ним и мальчишкой. Тардарес с наивным мальчишеским рвением первым коснулся жезла и протянул его обеими руками.
Довольно усмехнувшись, Гирем принял оружие и несколько демонстративно указал им на кольцо с песком.
«Дакхан Денар».
Слабо мерцавший изнутри фокусатор вспыхнул и загудел, а Гирем впился взглядом в маленькую металлическую бороздку, где творилось чудо созидания. Заполнявший её песок мелко задрожал, а потом запрыгал. Гранулы перемещались абсолютно хаотично, и это было плохо. Юноша напряг свой мозг, заставляя воображение нарисовать предельно чёткий образ кристаллического кольца. Тёмный провал в подсознании, от которого тянуло запахом сырой земли, стал шире, и Гирем почувствовал, как древко рефрактора резко разогрелось. Песок в борозде перестал двигаться, гранулы сплелись в одно целое, имевшее серый цвет, который мало-помалу становился светлее и прозрачнее.
— Почти получилось, Гирем! — восхищённо воскликнул Тардарес, когда земля под ними вдруг покачнулась. Миг отвлечённости, ослепительная вспышка фокусатора, тихий, на грани слуха, треск — и Гирем с громким стоном разочарования уставился на расколовшуюся пополам заготовку кристаллического кольца.
Он рассерженно посмотрел на втянувшего голову мальчишку, но так же быстро успокоил сам себя. Тардарес был не виноват. Потерять концентрацию его заставили земные толчки, которые и не думали униматься. Юноша ободряюще улыбнулся единственному другу-простаку, и коснулся рефрактором земли.
«Деран».
Он вскочил на ноги. Источник толчков приближался из-за холма, на склоне которого сидели они. Снова тусклый свет фокусатора заморгал, словно свеча, которую пытается задуть ветер.
— Бежим, — бросил Гирем мальчишке, который с готовностью вскочил и побежал вслед за ним. Неудавшееся кольцо юноша вмял каблуком сапога в податливую почву.
«Всё равно Создин не любит драгоценности».
Они взбежал на вершину холма, откуда открылся широкий вид на лесную полосу, темневшую в паре миль от них. По тёмно-зелёному ковру из древесных крон прошло волнение. Нечто двигалось под ним, оставляя за собой широкий коридор из поваленных деревьев. Оглушительный треск стволов, ветвей и сминаемого лесного полога раздавался всё ближе. В мозгу Гирема взорвалась холодная искра страха. По спине пробежал холод. Он посмотрел на Тардареса — зрачки расширены.
— Беги в замок, — сказал он, стараясь сделать так, чтобы голос не дрожал. — Позови моего отца и дядю. Быстрее!
— Как же деревня? Там моя семья!
— Не волнуйся. Не волнуйся, — Гирем нервно потрепал мальчишку по голове. — Я не дам им пострадать. Что бы там ни было в лесу.
В глазах Тардареса он увидел то, что боялся — твёрдую веру в его слова. Юноша заставил себя сжать зубы и вновь посмотреть на лес. Потом прищурился и, приставив ко лбу ладонь козырьком, всмотрелся в маленькую точку, которая двигалась от опушки в его сторону.
«Джензен!»
— Будь ты проклят, брат, — проклятие само собой пролезло сквозь его губы. — Что за напасть ты привёл с собой на этот раз?
