Наконец, юноша догадался выключить жезл. Болт, торчавший в ноге, сломался о неожиданно попавшийся булыжник — кажется, заклинание не успело преобразовать весь камень в песок. Гирем заорал. Ор прервался ударом о пол, который вышиб из лёгких весь воздух. Девушка громко ойкнула, тупо ударившись лицом о мягкий песчаный пол. Вокруг ещё некоторое время шуршал песок и гравий, ссыпаясь по отвесным стенкам каменной темницы. Гирем и его враг синхронно зашлись кашлем, вдыхая густую пыль. Потом всё стихло.
Они медленно отползли друг от друга, пока не уткнулись спинами в противоположные стены. Затем принялись осматривать себя. Гирем дотронулся пальцами до икры — штанина разорвана и пропитана кровью, кожа разворочена. Казалось, что древко болта было частью его тела — он чувствовал боль каждый раз, когда прикасался к нему. Дрожа всем телом, юноша обхватил ладонью скользкий наконечник и вцепился зубами в рукав пыльной туники. Сделав несколько глубоких вдохов, рванул древко и застонал.
«Всё. Уже всё», — прошептал измученный разум. Гирем отшвырнул болт в сторону и обмяк. Вспомнив о воришке, попытался разглядеть её в кромешном мраке — тщетная попытка.
— Боги, я тебя всё-таки убью, — слабо прошипела девушка. Она, кажется, шарила руками по стенкам, пытаясь определить размер темницы.
— Если мы будем вести себя как идиоты, то погибнем оба, — Гирем сжался, с опаской всматриваясь во тьму. — Надеюсь, ты не задумала устраивать сцену? Я действительно не хочу здесь погибнуть.
— Ладно, — проворчала девушка. — Вытяни ноги. Нужно понять, сколько у нас места.
Гирем медленно приподнялся на руках, выпрямил ноги и почувствовал, что наткнулся на ботинок девушки.
— Вот что я называю стеснёнными жизненными условиями. Всегда мечтала оказаться наедине со своей жертвой в тесной каморке без дверей и окон.
Гирему показалось, что в голосе девушки появилась весёлая нотка.
«Боги, пусть она будет настоящей», — подумал он и поднял руки, чтобы нащупать потолок. Его не было. Ворочаясь всем телом, юноша попытался подняться на ноги, но вызвал целый град ругательств в свой адрес, когда угодил больной в лицо спутницы.
— Тише, воздух у нас в дефиците, — раздражённо сказал юноша, и, подтащив себя к ней, привалился спиной к прохладной отвесной стене. Нащупав рефрактор, он щёлкнул предохранителем. Тьму разогнал ослепительный зелёный свет, который заставил его зажмуриться и прикрыть рукой лицо. Девушка даже не поморщилась.
— Что такое? У тебя рефрактор?
— Кажется, ты….
Но она сама всё поняла. У Гирема полностью испортилось настроение.
— Думаю, это временное… — мягко сказал он.
— Будем отталкиваться от того, что имеем, — неправдоподобно спокойно отозвалась девушка. — Осмотр нашего нового жилища ложится на твои хрупкие плечи.
— Не такие уж они и хрупкие, — сказал Гирем, оглядывая помещение. Оно было крохотным. Пять метров в длину, четыре в ширину, два в высоту. Пол, стены и потолок затвердели и сгладились под остаточным действием заклинания. Он запер их в настоящую каменную темницу.
— Ну, как тебе обстановка?
— Если ты любишь роскошь, то тебе не понравится.
— Ну, значит, мне повезло. Я привыкла. Подушка из соломы, перина из опилок…. Ничего нового.
Голос девушки показался Гирему знакомым. Он навёл рефрактор на её лицо. В глаза бросились волевой подбородок и рыжие волосы.
«Служанка в таверне. Хорошо, что она меня не узнала. Демонически странное совпадение».
— Как тебя зовут?
— Лисица.
— А по-настоящему?
— А вот если я у тебя спрошу имя — ты не солжёшь?
— Нет.
— Как тебя зовут?
— Гирем. А тебя?
Лицо девушки неожиданно дрогнуло.
— Лисица.
Гирем с шумом выдул из себя воздух.
— А мне не очень-то и интересно, — сказал он.
Оказывается, подняться на ногу, когда вторая травмирована, далеко не так просто. Ему пришлось опереться рукой о плечо Лисицы, на что та ответила сдавленными проклятиями — видимо, с её плечом тоже было не всё в порядке. Невольно подивившись самообладанию девушки, он коснулся потолка рефрактором.
«Деран».
Слово послало импульс, который должен был сообщить о наличии пустот в каменной породе. Ждать ответа пришлось долго. Гирем почувствовал, как покрывается потом. Ноги задрожали.
Над ними было по меньшей мере сто метров почвы.
Едва сдерживая панику, он даже забыл про больную ногу, которая вновь напоминала о себе острой болью. Юноша молча осел на пол, едва не придавив задом девушку.
— Ты неуклюжий, Гирем.
Он посмотрел на Лисицу, размышляя, стоит ли сообщать ей правду. Что, если она запаникует? С другой стороны, девушка всё это время держалась молодцом. В какой-то момент он решил, что именно это не давало ему опустить руки.
— Над нами толстый пласт земли. Вверх не пробиться.
— Ты не может раскопать нас так же, как закопал?
— Нет. К тому же, у меня всего один кристалл сциллитума, и он уже находится в рефракторе.
