Изумрудный трон полностью

— Всё, что я понимаю, так это то, что ты безумная девчонка.

— Я сама порой удивляюсь, на что способна, — певуче произнесла Лисица и нахмурившись, добавила. — Кстати, хватит называть меня девчонкой. Может, я даже старше тебя.

— Ты глупая, вот я так тебя и называю.

— А ты у нас светоч интеллекта. Забыл, как недавно хотел слизать со стола пиво? Да и врать у тебя как следует не получается.

Юноша порозовел.

— С чего ты это взяла?

— Ну, очевидно же, что ты не из семьи купца. Разводчиков морн всего-то три во всём Теургиате. Один живёт в Элеуре, второй на юге, в Цирте, третий — на востоке, в Сибельниле. Вот только в семье Хлоев, если я не ошибаюсь, есть лишь один отпрыск, и это взрослая женщина по имени Алексия, а никак не мальчик по имени Гирем.

Лисица умолкла, восстанавливая дыхание.

«Мне кажется, или я опять сказала лишнего?»

— А что насчёт тебя? — выпалил юноша. Девушка скривилась.

«Точно — сказала».

— Можно я подведу под одну черту всё, что о тебе знаю? — напирал парень. — Ты работаешь служанкой в таверне, но тебе хватило смелости облить пивом посетителя, который разговаривал с клириком. Ты поиздевалась надо мной и наврала про побои. Потом ты участвовала в налёте на сциллитумную рощу вместе с группой головорезов и группой воров высочайшего класса. Ты великолепно перевязала мне рану и высказала мнение о геологических процессах, произошедших в этой пещере. Не слишком ли много умений и наглости для обычной служанки?

«Боги, да ты, наверное, всю жизнь только этим и занимался, что подводил всё под одну черту», — кисло подумала Лисица и подняла открытые ладони.

— Прости, что не отвечаю — услышала слишком много чуши за короткое время.

Гирем неожиданно радостно ухмыльнулся и резко повернул голову на шорох, раздавшийся перед ними. Крыса спрыгнула с края ванночки на песчаный пол и замерла, уставившись на людей.

— Ну, хорошо, — девушка хлопнула себя по бёдрам и встала. — Похоже, эта субстанция вполне съедобна. Попробуем, какая она на вкус?

— Давай. Только можешь принести мне немного на куске ткани? Не хочу лишний раз напрягать ногу.

Лисица скривилась.

— Вот уж чего-чего, а жалости к себе у тебя предостаточно. И не только её, а ещё и высокомерия. Это уже четвёртый раз, когда я что-то для тебя делаю. Чувствовать себя всамделишной служанкой грязного и вонючего колдуна так вдохновляет…

Что-то тёмное, с множеством трепыхающихся конечностей бесшумно упало рядом с Лисицей, схватило крысу и взмыло обратно вверх, скрывшись в темноте. Сверху донеслось эхо щёлкающих звуков, тихий писк и затем мокрый шлепок, словно кто-то разорвал кусок мяса пополам.

Юноша и девушка застыли на месте, глядя друг на друга немигающими взглядами.

— Бежим?

— Куда?

— Куда подальше.

— Бежим.

Начало светать, и сырой воздух разрезали первые бодрые трели жаворонков. Вдоль опушки тёмно-зелёной рощи, подёрнутой лёгким туманом, шли двое мужчин. Остис, несмотря на свою выносливость и сильные ноги, едва поспевал за высоким юношей, одетым в красную тунику с золотым львом, вышитым на груди. Бавалор Дастейн пылал праведным гневом, но было в выражении его лица и что-то, напомнившее артарианцу вину.

— Погодите, дивайн, не нужно так торопиться, — говорил Остис, сбивая дыхание. — Что вам так нужно от Рензама?

— Моя мать спасла ему жизнь, а он даже не навестил её. Даже не спросил о её здоровье!

— Но я слышал, что Ювалией занимаются лучшие лекари Забрасина.

— Слава богам, она поправится, но, тем не менее — порядочные люди, тем более высокого статуса, так не поступают.

— Не думаю, что Рензам Рект отправится покупать ей цветы, — осторожно сказал Остис.

— Я знаю, что он не пошевелит и пальцем. Нет, я иду к нему не за тем, чтобы принудить что-то делать. Я просто поговорю с ним по душам.

— Поговорите по душам… с Рензамом?

Они добрались до скопления палаток, где лежали выжившие после ночного налёта. Бавалор обвёл взглядом тех, кого вынесли наружу, потом тряхнул головой.

— Так много раненых.

— Мало раненых, дивайн. Грабители разили насмерть. Фаврий отправил за ними отряд — назад вернулись трое.

— Кому же так отчаянно понадобился сциллитум, тем более необработанный? Мастеров обработки в теургиате не так уж и много.

— Об этом нужно спросить Джарката — он у нас мастер отвечать на заковыристые вопросы. Смотрите — вот и наша соня.

Они остановились рядом с Сивертом. Лысый мужчина лежал, свернувшись клубком на расстеленном плаще, и тихо посапывал.

— Надеюсь, он видит плохой сон, — сказал Остис и пихнул товарища носком сапога. Сиверт вздрогнул и разлепил глаза, похожие на узкие щёлочки.