— Так они работали до 1784 года, не подозревая, что о руднике уже два года знал управляющий Севрюгин. Все изменилось со смертью Яковлева. Посуди сам: единого наследника нет, и раздел всего имущества миллионера растянется на годы. Про золото никто ничего не знает, официально его вообще нет. Братья решают, воспользоваться представившейся возможностью — они посылают своих людей в тайгу для захвата рудника, а сами едут в Екатеринбург.
— Зачем им нужно в Екатеринбург?
— Затем, что в Екатеринбурге находится склад золота. Суди сам: захват рудника мало что дает, поскольку золота там немного, в лучшем случае месячная норма добычи. Совсем другое дело склад, где хранится основная часть добытого золота, причем уже очищенного и переплавленного в слитки.
— А как они узнали о складе?
— У них было два года на подготовку к захвату рудника, времени достаточно, чтобы все разведать.
— И ты можешь сказать, где располагался этот склад?
— Я могу сказать, куда они так стремились в Екатеринбурге, а вот насчет того, что именно там и хранилось золото, у меня есть большие сомнения.
— Я не совсем понимаю.
— Сейчас объясню. В архивах есть запись, что летом 1783 года Севрюгин интересовался одним из домов по улице Луговая.
— Тем, что Яковлев продал Лачину. — Догадался Соколов.
— Точно!
— Именно там и находился склад золота?
— Вот в этом я не уверен. Севрюгины наблюдали за рудником около двух лет и легко могли проследить, куда отвозят добытое золото. Они наверняка знали, что добычей золота занимается Лачин, так как могли видеть его на руднике.
— Тогда непонятно, зачем Севрюгин обращался в магистрат насчет этого дома?
— По этому поводу у меня есть только версия. Хозяином данного дома по документам числился Лачин, но он там появлялся редко, большую часть времени, проводя в тайге, а постоянно в доме проживала чета Кирпичниковых. Когда Севрюгины узнали, куда поступает добытое на руднике золото, они стали наводить справки о хозяине этого дома и все соседи в один голос называли Кирпичниковых. Вот тогда они и обратились в магистрат, а узнав, что официально владельцем дома является Лачин, поняли, что круг замкнулся. Они считали, что всем заправляет один Лачин и золото хранит у себя в доме.
— Получается, что про Файна они вообще ничего не знали?
— Про Файна они наверняка знали, возможно, даже были знакомы, поскольку он официально курировал заводы Яковлева, но вот о связи Файна с золотом они точно не имели понятия. Золото привозили на Луговую улицу и сдавали Кирпичниковым, а далее оно поступало в соседний дом, принадлежащий Файну. Участки смежные, наверняка между ними есть сообщение, например, в виде подземного хода, все шито-крыто, никто ничего не видел и не знает. Не удивлюсь, если и лаборатория по переработке золота находится там же под землей, замаскированная сверху каким-нибудь сараем.
— Генрих, а что там перерабатывать, просто переплавить и все.
— На самом деле, Виктор, это обывательская точка зрения. Золото высокой пробы имеет ярко-желтую окраску и в природе встречается крайне редко, а, как правило, содержит примеси других металлов. Например, зеленоватый или белесый оттенок указывает на примесь серебра, а красноватый на примесь меди. В каком бы виде не добывали золото, очистка нужна практически всегда.
— Это мог сделать и горный инженер?
— Ты забываешь, что золото нужно еще реализовать, а для этого необходим опыт и связи, которых у инженера нет. К тому же, как мы дальше увидим, Лачин много времени проводил в тайге, и заниматься переработкой золота он просто физически не мог.
— Получается, что все золото досталось Лачину и Файну?
— Сколько им досталось мы не знаем, но наследники точно не получили ничего. Зачем им с кем-то делиться?
— Ты считаешь, что добычей золота они сейчас не занимаются?
— Точно не знаю, но месторождения, которые обследовал в 1769 году Лачин, давно закрыты. Вспомни заброшенные скиты на реке Ельничной. Скорее всего, это произошло сразу после нападения в 1784 году. К тому времени у них уже был запасной вариант.
— Изумруды! — Опять догадался Соколов.
— В конце 60-х годов на Урале были найдены первые аметисты, а в 80-х началась настоящая «каменная» лихорадка. Вероятно, Лачин поддался всеобщей страсти и тоже занялся поиском месторождений ювелирных камней, в результате чего и были обнаружены изумруды.
— Если я правильно понял, то они завязали с золотом и занялись изумрудами.
— Нельзя исключать, что они продолжали и продолжают заниматься золотом. Вполне возможно, что кроме изумрудов в Европу уходит и российское золото, хотя выгода в этом случае не такая явная. Изумруды имеют большое преимущество перед золотом — высокая удельная стоимость единицы веса. Ты когда-нибудь слышал про бриллиант «Орлов»?
— Только в общих чертах.
— Так вот, Григорий Орлов заплатил за этот бриллиант, весом в двести карат фантастическую сумму — четыреста тысяч рублей. Это по две тысячи рублей за один карат.
— А карат, это сколько?
