– Ага, но я точно не хуже тебя. – Она тыкает пальцем мне в грудь. – По крайней мере, я не скрывала от нее ничего настолько серьезного.
– Уймись, Куинс.
– Как хочешь. – Она идет рядом, и мы пересекаем поле.
– Да, кстати. – Она откидывает волосы. – Ты кое-что должен мне.
Конечно.
Она пользуется моим отчаянием, чтобы добиться желаемого. Как чертов Нэш. Клянусь, они сделаны из одного теста.
Ну, подождите, вот верну Эльзу и возьму реванш над обоими.
– Я тебя слушаю. – Я говорю самым участливым тоном.
– Не говори Коулу ни слова об Адаме.
Хм. Интересно.
– Мне и не придется этого делать. Он же не тупой и в конце концов догадается сам.
На этом мы с Куинс направляемся к женской раздевалке.
Энергия кипит в венах, чем ближе я становлюсь к Эльзе.
Алисия говорила: чтобы тебя приняли, нужно обнажить душу.
Никогда не понимал, о чем она.
Пока не встретил Эльзу.
Теперь я сделаю что угодно, только бы она меня приняла.
Если нужно позволить всему идти своим чередом – значит, так тому и быть.
Зачесываю влажные волосы и застегиваю куртку.
Мои движения в лучшем случае можно назвать механическими. Нокс сказал, что возьмет меня и Тил в кино, но я не могу собраться с силами и порадоваться этому.
Мне нравится находиться в их компании больше всего на свете. То, что я под крылом у отца, дает мне чувство безопасности, которого я не испытывала уже десять лет.
Ужины с папой, Агнусом, Ноксом и Тил стали семейными, и я благодарна им за то, что у меня есть семья.
Однако чего-то не хватает.
Иногда я уверена, что это связано с прошлым и тем, что я стерла из памяти. Но истина в том, что это не единственная причина.
Даже когда я смеюсь, улыбаюсь и веду себя совершенно обычно, то все еще чувствую вакуум внутри. Пугающее опустошение. Оно отражается эхом в груди, словно старый ржавый колокол.
Это больно.
Чертовски больно.
Что хуже всего – я даже ни с кем не могу поговорить об этом. Они подумают, что я разбита. Подумают, что я сошла с ума, ведь всю ночь не смыкаю глаз, думая об одном человеке, о котором мне думать не следует.
Делаю глубокий вдох.
Я накидываю на плечо рюкзак и выхожу.
Ноги дрожат, когда я стою у двери.
Эйден и Сильвер стоят рядом, и кажется, они глубоко погружены в беседу.
Губы трясутся. Пустота в груди нарастает и скребет в душе, словно пойманный зверь. Он рвется на свободу. Он вырвет у меня сердце, подбежит к ним и уничтожит из памяти эту сцену.
Даже проговорив это про себя, я еле сдерживаю слезы. Господи, может, мне вообще не следовало возвращаться в КЭШ.
Мне кажется, я не смогу видеть их вместе весь оставшийся год и притворяться, что все в порядке.
Моя броня уже пробита, и она продолжит разрушаться по мере того, как я буду становиться свидетелем подобных сцен.
Закрываю глаза всего на секунду.
У меня получится.
Пройду мимо с гордо поднятой головой и притворюсь, что их не существует.
Мои шаги едва ли можно назвать решительными, но я поднимаю подбородок повыше, пока иду к выходу.
Болтовня прекращается, когда я прохожу мимо. Сильная рука обхватывает мою руку, останавливая меня.
По коже пробегают мурашки, и по телу проходят разряды статического электричества.
Чувствую его запах. Он больше не пахнет мной. К его запаху примешивается дорогой парфюм «Шанель», которым пользуется Сильвер.
Стискиваю зубы, пытаясь не пропасть от его прикосновения.
– Отпусти, иначе я закричу так, что все вокруг услышат.
– Мне нравится, когда ты кричишь по другой причине. – Мрачный, соблазнительный тон застает меня врасплох.
Он что, флиртует со мной в присутствии невесты? Что не так с этим психом, черт возьми?
Мне было бы жаль Сильвер, если бы я не чувствовала себя так горько и совершенно не в своей тарелке.
– От-пус-ти. – Я делаю ударение на каждом слоге.
– Если послушаюсь тебя, то ты сбежишь, а я не могу этого допустить. – Он притягивает меня к себе и разворачивает так, что я оказываюсь лицом к нему и Сильвер.
Я гордо поднимаю голову и встречаюсь с ними взглядом.
Они не увидят моей слабости. Ни сегодня. Ни когда-либо еще.
– Нам нужно кое-что рассказать тебе. – Эйден поднимает бровь. – Я бы и раньше сказал, если бы ты меня выслушала.
– Мне с вами не о чем разговаривать.
Сильвер изучает свой маникюр. Ее красивые ногти выкрашены в персиково-розовый цвет.
– Помнишь, что я сказала тогда, на парковке?
Ее слова не выходили у меня из головы с того момента, как она произнесла их. Я старалась не придавать им значения, но и не могла забить на них. Особенно бессонными ночами.
Только это и заставило меня остаться и выслушать.
Убедившись, что я никуда не уйду, Эйден выпускает мою руку.
– Ты помолвлена с Эйденом? – спрашиваю ее я.
Она кивает.
