— Может быть, немного и того, и другого, сэр, — предложил Симпсин. — Если бы я был на их месте, я бы подумал о том, чтобы разбить наши мачты и рангоут, пока ждал бы подхода галеонов. — Он пожал плечами. — Возможно, ты ничего не добьешься, но ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь. И если то, что произошло в Коджу-Нэрроуз, является каким-то руководством, они, вероятно, попытаются ворваться, как только сражение станет общим, и возьмутся за наш руль.
Дарис кивнул, все еще потирая подбородок. Вся спасенная горстка выживших из команды Карлтина Хейджила согласилась с тем, что винтовые галеры приблизились к «Дредноту» достаточно близко, чтобы оказаться вне зоны действия его орудий, а затем повисли с его кормы, непрерывно нанося удары по его рулю, и этот настойчивый удар в конечном итоге принес свои плоды. Он не сомневался, что они попытались бы повторить представление здесь… если бы могли. Но была огромная разница между одиноким галеоном без поддержки — независимо от того, насколько хорошо он был бронирован, — и тем, с чем доларцы столкнулись сегодня днем.
На самом деле разница была даже больше, чем они могли себе представить.
— Думаю, что это именно то, что они попытаются сделать, — согласился он. — Хотя, — добавил он рассудительно, — я также сомневаюсь, что они будут сильно возражать, если мы решим избежать угрозы, прервав движение и пропустив их галеоны мимо нас.
— Они, вероятно, упали бы замертво от сердечной недостаточности, сэр, — сухо сказал Симпсин. — Полагаю, это был бы один из способов уничтожить их, не сделав ни единого выстрела.
Дарис усмехнулся, но его флаг-капитан был прав. На самом деле, очень прав. Что бы ни было правдой, королевский доларский флот и имперский чарисийский флот прониклись живым уважением к упорству друг друга.
Думаю, ни в одном из нас не так уж много силы, — подумал он. — И, конечно, в нашем случае есть второстепенный вопрос о том, что Данкин должен был бы сказать мне в этом случае. — Он фыркнул. — Если подумать, я бы предпочел получить пулю в лоб!
Вот и все для наилучшего возможного исхода, — подумал Поэл Халинд с некоторой горькой усмешкой.
За месяцы, прошедшие после Коджу-Нэрроуз, некоторые офицеры Рейсандо ожидали — или утверждали, что ожидали, — что теперь чарисийцы откажутся выставлять небронированные галеоны против его винтовых галер, когда последние продемонстрировали, насколько они опасны. Они утверждали, что регулярные галеоны чарисийцев отступят, предпочтут держать дистанцию открытой, что бы ни делали их броненосцы. Более оптимистичные даже предположили, что угрозы винтовых галер может быть достаточно, чтобы полностью уничтожить небронированные корабли, предоставив броненосцам самим сражаться со всей эскадрой. Халинд, с другой стороны, не верил в это ни на мгновение — чарисийские моряки не были устроены так, — но он был готов признать, по крайней мере, возможность того, что они будут… более осторожными после Нэрроуз.
Конечно, только до сих пор.
Чарисийцы развернулись, все верно, но только для того, чтобы открыть свои бортовые залпы. Теперь дальность стрельбы составляла немногим более двух тысяч четырехсот ярдов, тогда как при таких условиях ветра и моря его винтовые галеры вполне могли поразить цель на расстоянии более шестисот ярдов. Чарисийские корабли были гораздо больше и тяжелее — в два раза длиннее его собственной галеры, при соответствующих бимсах, — что делало их гораздо более устойчивыми орудийными платформами. В сочетании с их нарезными орудиями это приравнивалось к значительному преимуществу в эффективной дальности, и он наблюдал, как контуры головного корабля менялись, удлиняясь от узкого силуэта с носа, чтобы показать его полную длинную, стройную длину… и орудийные порты. Следующий за его кормой последовал за ним, показывая идентичный профиль, и его челюсть сжалась, когда повернулся третий чарисиец. У него не было ни одной из характерных полос ржавчины, видимых на двух лидерах, отмечающих места, где ветер и погода стерли защитную краску их брони, но…
— Сигнал адмиралу Рейсандо, — сказал он.
— Да, сэр?
— Подтвердите, что два ведущих галеона являются броненосцами, — продиктовал Халинд. — По оценкам, по крайней мере, в компании два трехпалубных корабля. — Он услышал, как кто-то резко втянул воздух, но он так и не опустил свою трубу и не отвел взгляда от чарисийских кораблей.
— Добавьте еще один сигнал, — добавил он.
— Да, сэр?
— Вступаем в бой.
— Итак, они собираются попытаться использовать винтовые галеры в качестве тарана, милорд, — сказал капитан Лэтик.
Он и Сармут стояли бок о бок на бизань-мачте «Дестини», каждый из них для безопасности просунул руку сквозь ванты и смотрел в свою двойную трубу.
