— Надеюсь, вы не думаете, что в совете его величества есть кто-то, кто не считает это столь же тревожным, ваше преосвященство, — ответил Сэмил Какрейн. — Остров Лизард находится менее чем в четырехстах милях полета виверны из этой самой комнаты. Если уж на то пошло, это менее чем в семидесяти милях от Старт-Пойнт и всего в пятистах милях от Горэта по морю! Если наши отчеты об этих их «пароходах», порожденных Шан-вей, верны, это менее чем в двух днях пути от столицы его величества. И простите меня за то, что я указываю на это, но сомневаюсь, что время этой атаки — тот факт, что она происходит, когда армия Сиридан уже находится под таким массированным давлением — было именно совпадением.
— Именно это я и хочу сказать, ваша светлость, — голос Лейнира стал еще холоднее. — Губернатор Эйлисин и капитан Охиджинс знали, что армия Сиридан отступила почти на сто пятьдесят миль менее чем за месяц. Теперь, при первых признаках флота еретиков, они сдали целый остров и всех детей Матери-Церкви, живущих на нем, силам Шан-вей! И в процессе предоставили еретикам военно-морскую базу, которая, как вы только что указали, находится всего в пятистах милях от этого самого города! Нельзя избежать подозрения, что новости с фронта армии Сиридан могли… подорвать решимость защитников острова Лизард.
На несколько мгновений в роскошном зале совета воцарилась тишина, пока Лейнир мрачно смотрел на первого советника королевства Долар.
— Это очень серьезное обвинение, ваше преосвященство. — Герцог Салтар нарушил это молчание со стороны Ферна, и глаза Лейнира обратились к командующему королевской доларской армией. — Если я вас правильно понял, — продолжил герцог ровным, почти бесстрастным тоном, встречаясь с этими глазами, — вы предполагаете, что губернатор Эйлисин и капитан Охиджинс сдались из трусости.
Молчание, последовавшее за этими словами, было более напряженным и значительно более ледяным, чем предыдущее. Затем Лейнир прочистил горло.
— «Трусость», возможно, более сильное слово, чем любое, которое я мог бы выбрать, ваша светлость, — сказал он. Абсалан Хармич пошевелился в своем кресле рядом с епископом-исполнителем, в его глазах мелькнуло несогласие, но Лейнир проигнорировал его и уверенно продолжил. — В настоящее время Мать-Церковь готова принять честность этого отчета. — Он постучал по копии сообщения, лежащей перед ним на столе. — Но даже признавая, что объяснение губернатором своих мыслей абсолютно честное, Мать-Церковь находит очень тревожным то, что он вообще так думал. Из его собственных слов становится очевидным, что он никогда по-настоящему не думал о защите острова. Он мог бы продержаться еще какое-то время, если бы не согласился вступить в переговоры с еретиком Сармутом менее чем через шесть часов после прибытия Сармута. Называть его решение «трусостью» может быть излишним, но я полагаю, что всю его позицию можно разумно охарактеризовать как… пораженческую. Мать-Церковь имеет право ожидать, по крайней мере, каких-то усилий, чтобы защитить своих верных детей от коррупции и проклятия слуг Шан-вей, ваша светлость.
— Ваше преосвященство, — сказал Ферн, прежде чем Салтар успел ответить, — при всем моем уважении, думаю, что результаты защиты капитаном Охиджинсом военно-морской верфи демонстрируют, что оценка ситуации губернатором Эйлисином была абсолютно точной. Доблестные усилия капитана, насколько нам известно, не привели ни к одной еретической жертве. С другой стороны, его артиллеристы потеряли по меньшей мере восемьдесят человек убитыми и вдвое больше ранеными, а все его собственные орудия, кроме четырех, были выведены из строя или полностью уничтожены до того, как он сдал свое командование. Для меня это ясно говорит о том, что губернатор Эйлисин с гораздо более слабыми батареями и численностью не более трехсот человек не смог бы добиться ничего, кроме бессмысленной жертвы еще большего количества жизней наших солдат. И это, конечно, даже не учитывает мирных жителей Дарт-Тауна, которые могли быть вовлечены в боевые действия.
Глаза Лейнира слегка сузились от твердого, почти жесткого тона первого советника, но Ферн спокойно продолжил:
