Близнецы бодрствовали, с серьезным видом устремив неосмысленный взгляд на дубовые листья, которые шевелил ветер. Сухой лист, кружась в воздухе, опустился в корзину. Адам наклонился и вынул его.
Он не слышал стука копыт и увидел Сэмюэла, когда тот подъехал совсем близко. А вот Ли заметил гостя давно, вынес из дома кресло и отвел Акафиста на конюшню.
Сэмюэл тихо сел рядом, не тревожа Адама навязчивым вниманием, но и не пряча глаз. Ветер, гулявший по вершинам деревьев, посвежел, и его порыв взъерошил Сэмюэлу волосы.
– Я решил, что пора возобновить работу над колодцами, – мягко напомнил он хозяину ранчо.
– Не надо, – откликнулся Адам. За это время он отвык разговаривать, и голос напоминал скрежет ржавого железа. – Колодцы больше мне не нужны, а за работу я вам заплачу.
Сэмюэл склонился над корзиной и вложил палец в крошечную ладошку одного из близнецов, и малыш тут же в него вцепился.
– Похоже, из всех дурных привычек, присущих людям, от вечного стремления давать советы они откажутся в последнюю очередь.
– Мне не нужны советы.
– И никому не нужны. Это добровольный дар того, кто их дает. Сделайте вид, что продолжаете жить, Адам.
– Какой еще вид?
– Притворитесь, что вы живы, будто играете роль в пьесе, а через некоторое время, а его потребуется немало, так оно и окажется на самом деле, и вы действительно оживете.
– Зачем это нужно?
Сэмюэл задумчиво смотрел на близнецов.
– Любой человек что-нибудь оставляет после себя, что бы он ни делал, и даже если вообще ничего не делает. Даже если вы уподобитесь заброшенной земле, на ней все равно вырастут сорняки, репей… Одним словом, что-нибудь да вырастет.
Адам ничего не ответил, и Сэмюэл встал.
– Я скоро вернусь, – пообещал он. – Буду часто вас навещать. Притворитесь, что живете полной жизнью, Адам. Пора входить в роль.
За сараем уже поджидал Ли. Он придержал Акафиста, пока Сэм не устроился в седле.
– Ну что, Ли, можешь распрощаться с мечтой о книжной лавке, – обратился он к китайцу.
– Ладно, как-нибудь переживу. Не больно-то и хотелось, – отозвался Ли.
Новые земли осваиваются по определенной схеме. Сначала приходят первооткрыватели, сильные, отважные и по-детски наивные. Они мужественно преодолевают тяготы жизни в дикой, необжитой местности, но проявляют удивительную беспомощность в борьбе с другими представителями рода человеческого. Возможно, именно по этой причине они первыми покидают насиженные места. Когда земля в достаточной степени обжита, сюда приезжают дельцы и адвокаты, чтобы способствовать ее дальнейшему развитию и решать вопросы, касающиеся собственности. Обычно это осуществляется путем устранения всех соблазнов в свою пользу. Наконец в некогда дикие края приходит культура, обеспечивающая развлечения и отвлекающая от повседневных тягот жизни. А, как известно, уровень культуры бывает разным.
