– У меня, у меня, – затараторила Наташа, успокаивая его. – Простите, забыла отдать. Сейчас, подождите, принесу.
– Забыла она! Хорошо, голову не забыла.
Наташа стремглав заскочила в свою квартиру, а я задержался.
– А она еще что-нибудь говорила?
– Кто?
– Растафари.
– Сказала, что передумала, и просила пока никому квартиру не сдавать. Не комнату, а всю квартиру.
– А вы?
– А что я? У меня все просто: «Утром деньги – вечером стулья!»
– Какие еще стулья?
– Хе. – Старик противно крякнул. – Классику знать надо. Деньги всегда вперед.
Наташа принесла ключи и отдала соседу.
– Это очень плохая забывчивость. – Он погрозил ей скрюченным пальцем и захлопнул дверь.
Мы переглянулись.
– Очень странно, – сказала Наташа. – Ева не звонила и не писала.
– Так она и не к тебе приходила.
– И что это значит?
– Что она скрывает от нас свое возвращение.
– Почему?
– Вряд ли я смогу ответить на этот вопрос. Зато теперь совершенно ясно, что она не хочет, чтобы ее искали.
На следующий день, как и договаривались, я приехал к Наташе согласно расписанию. Только шестой урок закончился, а она все не выходила.
Я зашел в школу и стал поджидать ее в тамбуре. Прозвенел звонок с перемены, ученики разошлись по классам. Через стеклянные двери была видна проходная, коридоры и раздевалка, откуда охранник выгонял тех, кто долго собирался. И тут я заметил Полину с Аней.
– Привет. А где Наташа? – Я остановил их на выходе.
– Капитонову на репетицию загнали, – отмахнулась одна из них. – Еще урок точно там просидят. Елена все вещи в классе заперла, так что жди, пока его откроют.
– Что за репетиция?
– Спектакль какой-то. Я хз.
– «Чучело» вроде, – подсказала вторая.
– И где эта репетиция проходит?
– В актовом зале.
– А можно на нее как-то попасть?
– Если через охрану пройти, то можно.
Я поискал глазами охранника. Тот все еще торчал в раздевалке.
– А вы можете меня пропустить? – Я кивнул на турникеты.
Девушки переглянулись.
– Хорошо, – согласилась одна, доставая магнитную карточку. – Я пропущу.
– А я могу проводить до зала, – вызвалась вторая и добавила: – Меня зовут Полина.
Актовый зал у них был типовой: огромные окна, деревянный помост сцены, переносные секции кресел, часть из которых придвинули к стенам по периметру, оставив только первые три ряда. На них расположились учительница и трое школьников, еще пятеро парней и девчонок сидели за партами импровизированного класса на сцене, среди них я увидел Наташу, но в первый момент готов был поклясться, что вижу Еву.
Теперь Наташа постоянно носила косички и одевалась очень похоже. Издалека запросто можно было перепутать.
Двери зала оставались закрытыми, и мы могли смотреть только через стекло.
Через пару минут Полина позвала:
– Все? Убедился, что она здесь? Идем обратно. Внутрь Елена Владимировна все равно не пустит.
– Ты иди, я подожду.
– Передай ей, что мы пойдем к Россу. Если хотите, приходите.
– Росс – это фамилия?
– Ага. А так он Стёпа. Наташа с ним хорошо дружила, пока он в новую школу не перешел. Но мы все равно до сих пор все общаемся. Даже Новый год отмечали вместе.
– Наташа говорила, что вы коттедж снимали всем классом на Новый год.
– Что? Коттедж? – Полина засмеялась. – Капитонова как всегда – сказочница. Ладно. Увидимся.
Полина направилась в сторону коридоров, но потом вдруг остановилась.
– Так странно, – задумчиво сказала она, – я знаю Наташу с началки, и она вечно во всем участвует. Стихи, постановки, концерты. Но ты первый, кто пришел на это посмотреть.
Сама того не подозревая, Полина подобрала очень верное определение. Мне действительно было интересно «посмотреть». Я никогда не видел Наташу со стороны, в те минуты, когда она не догадывается о моем присутствии, а потому ничего из себя не строит.
И то, что я увидел, мне определенно понравилось. Наташа держалась настолько непосредственно и живо, что остальные рядом с ней блекли и отступали на второй план. Роль у нее была не главная, однако я не сводил с нее глаз.
И тут вдруг она заметила меня. Вскинулась, замерла на секунду, вся загорелась и, спрыгнув со сцены, подбежала к учительнице. Они немного поговорили, и все в зале повернулись и уставились на меня через стеклянные двери. Я попятился.
Но учительница дала Наташе ключ, и, весело размахивая им над головой, та побежала к двери.
– Елена Владимировна разрешила тебя пустить! Мы недолго, скоро заканчиваем. Извини, что не написала, я сама не знала. Она просто закрыла все вещи в классе, а там телефон. Она постоянно все запирает. Мания. Нет, все-таки очень круто, что ты пришел. Мы ставим «Чучело». Ты знаешь «Чучело»? Может, фильм смотрел? Я играю Миронову. Противную такую девчонку. – Не переставая тараторить, Наташа потащила меня к стульям.
– Садитесь ко мне, – позвала Елена Владимировна.
Она была худощавая, с высокой прической и в роговых очках, похожая на карикатуру учительницы.
– Это Ян, – сказала Наташа и, подтолкнув меня, побежала на сцену.
– Вы из какой школы? – не поворачивая головы, шепотом поинтересовалась Елена Владимировна, как только я занял место рядом с ней.
– Я учусь в колледже.
– И сколько же вам лет?
– Двадцать.
