Испанцы увидели на берегу дома и людей; судя по всему, это было то место, где сейчас расположен Портсмут. Но сойти на берег мореплаватели не рискнули, и в тот же вечер, соединившись у Мари-Галант, они отправились вперед к новым открытиям. Позднее испанские суда в разные периоды наведывались на Доминику и разоряли поселения индейцев. Это объясняется, по всей вероятности, тем, что от араваков, живших на Больших Антилах, они не раз слышали, что малоантильские карибы — страшные людоеды. Само слово «каннибал» возникло от искаженного испанского «кариб»[37].
Интересно отметить, что совсем иного мнения о карибах были французы, пришедшие в Вест-Индию позже испанцев и поселившиеся на Доминике в качестве миссионеров.
Сохранилось много французских путевых очерков XVII–XVIII веков. В них детально описывается и образ жизни карибов, и их язык. Последний раз отрывки из этих оригинальных материалов были опубликованы в 1963 году в «Антильских анналах», издаваемых Мартиникским историческим обществом. Французские священники не скрывают, что имели дело с воинственным народом. Они даже подробно описывают, как индейцы карибы организовывали буквально викингские походы до самой Южной Америки.
Но авторы, лично наблюдавшие жизнь этих индейцев, не считают их людоедами. А святой отец Жан-Батист Лаба[38] — выдающийся естествоиспытатель и в свое время ведущий промышленник на Мартинике — в своей книге «Новое путешествие на острова Америки» полностью отвергает мнение о карибах этого острова как о каннибалах. Он считает это клеветой их врагов.
Отличавшийся здравомыслием и наблюдательностью, Лаба пишет о карибах следующее:
«Неправильно думать, что индейцы на наших островах — людоеды и что они воюют лишь для того, чтобы набрать пленных и затем питаться ими, или что они, даже захватив врагов не с этой целью, используют любой случай, чтобы съесть пленных. У меня есть на то бесспорные доказательства.
Правда, от некоторых наших пиратов я слышал, будто у мыса Дарьей, Бокас дель Торо, Иль д’Ор[39] и в некоторых других местах побережья живут племена с дурными привычками; испанцы их называют «индиос бравос»[40]. Эти племена якобы ни с кем никогда не хотели иметь каких-либо дел и безо всякого сожаления съедают всех, кто попадает им в руки. Это может быть правдой, но может быть и ложью: ведь если они ни с кем не имеют никаких дел, то как же можно знать об этом? Карибы нашего острова, расположенного далеко от территории, населенной индиос бравое, сильно отличаются от них совершенно иным образом жизни. А если так, то почему они должны на них походить чем-то другим?
Вначале, когда французы и англичане обосновывались на этих островах, некоторые из них были убиты и съедены карибами. Но подобные случаи были исключением. Карибы не находили другого способа отомстить за несправедливость со стороны европейцев, сгонявших их с земель. Поэтому они и выказывали жестокость, которая совсем не являлась для них ни обычной, ни естественной. Ведь если бы это было характерно для тех времен, то это отличало бы их и сегодня. Но теперь этого не наблюдается ни по отношению к англичанам, почти постоянно воюющим против них, ни по отношению к самым страшным их врагам — аравакам, индейцам из районов реки Ориноко, беспрерывно нападающим на них.
Когда же они захватывают в плен женщин, то не причиняют им боли. Наоборот, они обращаются с ними очень мягко и, если женщины этого хотят, женятся на них и после этого считают их членами своего племени. Детей же они никогда не убивают. Самое худшее, что может случиться с пленными детьми, — это то, что их продадут европейцам. Что же касается мужчин, которых они встречают с оружием в руках, то в пылу борьбы их убивают, но не стремятся взять в плен в противоположность ирокезам, у которых пленный становится жертвой бешенства и жестокости.
Таким образом, если карибы и съедают части тела своих жертв, то делают они это лишь для того, чтобы насладиться радостью по поводу уничтожения врагов, а не для того, чтобы насытиться их мясом».
Карибы совершали опустошительные набеги даже против Пуэрто-Рико, где индейцы араваки, к своему несчастью, относились к испанцам как к надежным защитникам; это было той ошибкой, за которую им впоследствии горько пришлось расплачиваться[41].
Спустя несколько десятилетий XVI века на Пуэрто-Рико, Гаити, Кубе и Ямайке были уничтожены все племена араваков. Не лучше сложилась их судьба и на Багамских островах, которые хотя и не были колонизованы испанцами, но куда направлялись экспедиции за рабами[42]. Еще в 1517 году испанский епископ Лас Касас, определяя число индейцев Антил примерно в два миллиона и прекрасно понимая, что грозит этим индейцам, считал, что их необходимо оставить в покое, а рабов привозить из Африки[43]. Но это не помогло.
